Завьялов сумел припарковать Порше метров за двести от въезда на территорию развлекательного комплекса. Пошел к компании чинов, стоящих на крыльце со значительными генеральскими минами – Зоя Карпова это вам не Маня Тютькина из захудалой деревеньки, тут можно и лицом поторговать; собрался доложить генералитету приметы микроавтобуса похитителей, назвать примерные цифры, забрызганного грязью автомобильного номера.

Кеша плелся сзади. Пригибаясь, под ноги толпы глядел, и звал жену:"Жюли, Жюли, я здесь!"

Едва Завьялов миновал плотные задние ряды зевак, в голове взорвался приказом страшенный рык:"СТОЯТЬ!!!"

Завянь опешил. Даже оглянулся разыскивая Кешу…Это что – он так разродился?!

Навряд ли. Стилист, во-первых не умеет так рычать, а во-вторых не наблюдается в обозримой близости…

Тогда, откуда приказание?

Внутреннее "Я" проснулось?

"Стоять и слушать", – вновь, уже более спокойно прозвучало в голове.

Сплющенный и замерший в толпе Завьялов ощутил, как его до пяток и мурашек пронзила жуткая догадка. Пронзила, нанизала, как жука на булавку, и пригвоздила к тротуару.

"Циклоп…?" – Борис отправил внутрь себя дрожащий вопрос.

Молчание. Возникший в мозгу голос исчез так же необыкновенно, как и появился. Если бы Завьялов был уверен, что будет толк – он начал бы ощупывать доставшуюся ему голову…, крутиться на месте, как играющий с хвостом щенок! И даже заорал бы, завопил от ужаса!!

Но плотная толпа сковала тело. Язык от шока помертвел. Подчиненный помимо воли Борис стоял и слушал. Неподалеку, с внимательно нахмуренным полицейским в штатском (при блокноте и нацеленном в него пере), общалась худенькая официантка в накинутой на плечи куртке.

Официантку Боря хоть и не знал, но видел в "ложе". Она совсем недавно поступила на работу в клуб, пока не разобралась, кто там есть "ху". Нервно вибрируя тонкой дымящейся сигареткой, девушка трещала:

– А я сразу заметила, что он к ней привязался! Гусарить начал, выпивку заказывать! – подавальщица не говорила, а практически вопила, в надежде привлечь внимание репортерской братии. – Борис, его здесь все зовут "Завянь" попробовал отобрать у Карповой собаку… Вообразите такое нахальство! – обращение к толпе. Толпа зевак заинтересованно и дружно закивала. – Если бы не охранник Зои, Завянь собаку отобрал бы! Точно, точно!

"Оп-паньки. А мы тут кажется – п р и п л ы л и…" От огорчения, Борис забыл, что находится в чужом теле. Затеял приседать и, типа, нос чесать, прикрывая физию руками…

– Он даже Зое угрожал!

– Как именно? – протокольно поинтересовался мент.

– Ну-у-у.., – юркнули в сторону плутоватые официантские глазки. – Я в точности не слышала… Но! – палец ушел вверх учительской указкой. – Я точно слышала, как Зоя ему ответила "не вздумай предъявлять, общаться будем через адвокатов"! Вот. – И быстро соскользнула с шаткой темы: – Еще один момент. С Завянь какой-то новый старикан пришел. Типичный – папик. Тоже, – для достоверности повествования подавальщица напитков выпучила блеклые глазищи: – к девочкам клеился!

– К каким девочкам? – не балуя слушателей разнообразием интонаций, сухо выговорил полицейский.

– Да ко всем! – упирая руки в боки (поза подразумевала "ко мне клеился старый козлина в первую же очередь"), гордо заявила официантка.

"Во шпарит лимита! – искренне изумился Боря. – Во привирает!" Он эту официантку даже не заметил, не то чтобы приклеился!

– К той фифе в парике подсаживался, на ушко ворковал…

"Это она платиновую Галю поминает".