– Борис Михайлович, – раздался с заднего сиденья тихий голос Кеши, – нам понятны ваши сомнения…

– Понятны? – хмыкнул Боря.

– Разумеется, – собака и Кеша дружно закивали. – Вы переживаете, что я не смогу вас в точности изобразить перед хорошими приятелями. Думаете, что нас сразу же раскусят…

– Пополам тебя раскусят, Кеша, – согласился Завьялов.

– Но мы не можем никому рассказать о том, что с вами произошло!

– Вот то-то и оно, – вздохнул Борис. – Мы даже не сможем поехать в Интернет кафе! Как только там увидят печатающую собаку…! уписаются на фиг! – Завянь махнул рукой, раздул щеки: – Что делать, что делать? – забарабанил пальцами по рулю. – Куда нам ехать, к кому податься?

"Ко мне езжайте", – раздался в голове уже знакомый внутренний голос.

Бориса словно палкой по башке ударили!

Оторвав ладони от руля, он как будто начал задирать их "хенде хох"… Шея втягивалась в плечи.

Рассказывать Иннокентию и Жюли о проклюнувшемся еще возле "Ладьи" внутреннем голосе, Завьялов не решился.

Во-первых – русский человек всегда рассчитывает на авось. "Авось минует, пронесет". А во-вторых…, по совести сказать, Завьялов испугался. Жутко.

Старческие нервы начинали вибрировать при малейшем воспоминании о Кешиных рассказах про циклопов. Пожилое тело не хотело лишиться глаза или уха, легкого либо почки. Борис до сумасшествия боялся разозлить циклопа и притворялся покорным тугодумом! Поскольку высчитал – уж лучше делить одно тело с террористом, чем лечить его в больнице! Циклоп ведь тоже не дурак, авось – договоримся к общему благополучию! (Минуя Кешу и Жюли.)

Но циклоп решил в к л ю ч и т ь с я и участвовать.

Жюли-собачка как-то уловила, что с Завянь не все в порядке. Негромко зарычала. Тявкнула. Как будто говоря, что происходит? Положила лапки на спинку переднего сиденья и попыталась заглянуть в глаза Борису…

"Уйми собаку, Завьялов, – прозвучало в голове. – Я – не циклоп. Я – Лев Константинович Потапов".

– Борис Михайлович! – забеспокоился уже и Кеша. – Что с вами?!

– Во мне сидит какой-то лев…, – невнятно произнес Завянь. – Константинович Потапов.

"Это ты во мне сидишь, чувырла!!"

– Кто?!

– НОСИТЕЛЬ мой очнулся… Вроде бы.

"Едем ко мне на дачу, – доводя Завьялова до саморазрушительного коллапса, невозмутимо, из самого Бориного нутра предлагал Лев Константинович. – Там мы заляжем, отсидимся. Попьем чайку – все порешаем".

Неловко, мертво шевеля губами, Борис докладывал стилисту и собаке о чем толкует Лев… Боялся, что еще чуть-чуть – сойдет с ума!

Всего лишь девять часов назад, он – Борис Завьялов! ехал в больницу за Колей, собираясь с ним напиться!

Сейчас. Сидит за рулем в теле старика Константиновича и разговаривает с собакой и пришельцем.

Кошмар, комар, кошмар!!

Шесть часов назад Борис Завьялов стоял перед зеркалом в своей прихожей, разглядывал сморщенное тело и думал, что хуже быть уже не может!

Три часа назад Борис Завьялов едва не подох в чужом теле от позора, услышав, как кий чуть не порвал сукно, как шлепнулся об пол костяной шар!

Стоял на грани сумасшествия, на карачках перед собственным телом, и разговаривал при всех с собакой!

Заполучил гнуснейшее обвинение в похищении гламурной Зои!

Что будет дальше?

Лев уже пришел.