— Умница, хоть и кандидат наук! — порадовался инструктор. — Значит, есть и среди вашего брата дельные люди.

— Польщен, — скромно поддакнул я, радуясь комплименту матерого зубра.

— Ну а если совсем приспичит, то клизму можно и самому себе поставить, — оптимистически обнадежил меня Валерий Николаевич. — Главное, ведь что? А главное — задницу на нужную ширину раздвинуть.

Я так и не понял, что он имел в виду…

Здесь и сейчас

Обнаружил недалеко от бивака заросли крапивы. Крапива — растение, которое с другими не перепутаешь. А уж проводить какие-то дурацкие тесты… Конечно, травка была изрядно почерневшей — успела уже не один раз оттаять и замерзнуть. Но все-таки, некоторые листья смотрелись прилично. Набил ими полиэтиленовый пакет из той же волшебной коробочки, сварил суп. Сказать, что получилась гадость — это вообще ничего не сказать. Но съел! Правда, суп этот впрок не пошел… Сразу же прихватило живот. От серьезного конфуза меня спасла черемуха. Памятуя, как в детстве меня лечили от расстройства желудка, надрал (ну, нарезал) немного коры и запарил ее кипятком. Горькая, но помогает здорово! (Забегая вперед, скажу, что в первый раз крапива была плохо проварена.) Это свежую майскую травку можно особо не мучить. Она — мягкая, нежная. И варить долго не надо — минуты три-пять. Впрочем, когда наловчился, то и прошлогодняя получилась вполне терпимая. Главное, что листья нужно истереть как можно мельче и варить не меньше часа. Есть сразу, «с пылу с жару». С вареной крапивой хорошо сочетается сердцевина репейника — мельчишь и — в суп! Она разбухает и по вкусу напоминает макароны не очень высокого качества. Но в условиях, когда любые макароны — райское блюдо, сойдет и не такое. Корень репейника (или лопуха) легко вытаскивается из земли. Его нужно лишь слегка почистить и помыть. Варить вместе с крапивой. Когда размягчится, вытащить и остудить. Можно есть вприкуску. А если уж вы совсем замучились без соли, то присыпьте вареный корень золой из костра.

Следующей находкой была рябина. Правда, большая часть оказалась подгнившей и полусъеденной. Ничего удивительного — на дворе март. Но даже из того, что удалось выбрать, получился такой славный компот! Скажу прямо — скулы сводило, но было безумно вкусно. А уж витаминов столько, что прямо кишат!

Так прошло две недели. С голоду не умер. Но все же. Подножный корм в снежном лесу — не лучшая еда. Как ни набивай брюхо, через два-три часа опять хочется есть. Может быть, то, что я ел, было очень питательным и полезным. Тяжело было чисто психологически. Помнится, когда я служил в армии, у нас смыло мост и на три дня наша часть осталась без хлеба. И, как ни извращались повара и отцы-командиры, разрешившие кормить личный состав «от пуза», еда в рот не шла…

Еда в лесу была. Бегала, прыгала, летала и скакала. Нахальные зайцы пробегали мимо по нескольку раз в день, а то, что они еда, игнорировали. Один наглец покусился на мою крапиву. Заметьте — самому сходить и пощипать, ему было «в лом». Непременно нужно сунуть свой клюв в пакетик с листьями! Едва отогнал гада. Обидно — до чего же дожил, если и зайцы ни в грош не ставят?! На мышей я тоже был согласен, но они не ловились: либо совсем не показывались, либо при моем появлении прыгали обратно в норку. А сверху постоянно что-то трещало, каркало и чирикало. Попытался изготовить лук со стрелами. Через два дня непрерывной стрельбы научился попадать в воробья. Но то ли стрелы без наконечников оказались слабыми, то ли выстрелы, но кроме возмущенного чириканья других результатов не было…

От недоедания впал в отупение. Нет, ноги волочились нормально, в обморок не падал. Было другое. Все, что меня волновало, — это костер и еда.