|
- На молитву! От такого призыва, словно от кнута, многие из матросов старались увильнуть, прячась по разным отделениям. Остальные собрались на верхней палубе. Появился священник о. Паисий и затянул "Отче наш". Ему помогали сотни голосов. Каждое утро мы пели так молитвы, предварительно наслушавшись отчаянной ругани и сами вдосталь наругавшись. Полчаса полагалось на завтрак. Так как свою порцию сливочного масла каждый получал отдельно, а трех фунтов хлеба хватало всем с избытком, то с едой и питьем чая не торопились. Можно было поговорить и посмеяться. Некоторые, покончив с завтраком, задумчиво засматривались на море, на идущие по нему корабли. Кругом было уныло и серо. С перерывами моросил мелкий дождь. Холодный ветер колыхал море. По временам наползал туман, укорачивая расстояние видимости. Эскадра наша, построенная в две кильватерные колонны, шла вперед, к мутному горизонту. В правую колонну входили броненосцы: "Князь Суворов", "Император Александр III", "Бородино" и "Орел", транспорт "Камчатка", представляющий собою плавучую мастерскую, крейсеры: "Аврора", "Светлана", "Алмаз". Левую колонну составляли броненосцы: "Ослябя", "Сисой Великий" и "Наварин", крейсеры: "Адмирал Нахимов" и "Жемчуг" и транспорт "Анадырь". Кроме того, за последними все время держались миноносцы: "Бедовый", "Блестящий", "Быстрый", "Буйный", "Бравый", "Бодрый" и "Безупречный". Но сейчас эти миноносцы, согласно распоряжению командующего, отделились от эскадры и, пользуясь преимуществом в ходе, начали опережать ее. Скоро они скрылись за горизонтом. На мачтах флагманского корабля "Суворов" то и дело взвивались сигналы. Все остальные суда немедленно репетовали их, поднимая у себя такие же флаги. Броненосец "Бородино", шедший впереди нас, почему-то часто рыскал вправо и влево, за что получил от командующего выговор. С семи часов утра на "Орле" начиналась уборка. Мыли палубу, чистили медные части, всюду обтирали пыль. За работой наблюдали вахтенные: начальник, офицер и унтер-офицеры. На этот раз в качестве вахтенного офицера был молодой мичман, светлый блондин, прозванный матросами "Воробейчиком". Лицо у него было нежное, мальчишеское, с беззаботно-серыми глазами под сверкающими стеклами пенсне. Маленький и суетливый, быстро выпаливающий слова, он все время крутился, появляясь то на мостике, то на палубе, и заносчиво покрикивал на матросов искусственным баском. - Рвань капустная! Вы не работаете, а только воздух портите на корабле. Нужно хорошенько лопатить палубу. Ему трудно было угодить. Кричал он без всякого толка, иногда пуская в ход кулаки. Матросы ненавидели его и ворчали по его адресу: - Расчирикался наш Воробейчик. - Самая бесполезная птица на свете. - Воробью положено в конском навозе копаться, а он при кортике ходит и повелевает. Не таков был вахтенный начальник, лейтенант Славинский, и по своему характеру и по внешнему виду. В меру ростом, плотный, он при всяких обстоятельствах не выходил из душевного равновесия, а его лицо, рыжеватое, усыпанное веснушками, всегда сохраняло выражение полного спокойствия. |
