— Пусть длина моего меча вас не смущает, — сказал Гаррис и обратился к присутствующим. — Господа, я искренне надеюсь, никто из вас не попытается нам помешать, что бы вы ни увидели. Этот бой — наше частное дело. Мое и маркиза.
Солдаты Империи явно не сочли решение своего командира гениальным, но прекословить никто не пытался.
Гаррис еще раз махнул мечом и пошел на Белого Рыцаря.
Маркиз Тирелл был выше императора на полголовы и гораздо плотнее. Гаррис был худощавым, скорее даже худым, а маркиз отличался богатырским телосложением. Меч его был длиннее гаррисовского примерно в полтора раза. Он снял шлем и отказался от щита, но остальные доспехи были при нем.
Если бы мне предложили поставить на кого-нибудь из бойцов, я без колебаний выбрал бы маркиза. И отнюдь не потому; что он представлял мою страну и являлся моим потенциальным подданным.
Черный Ураган дрался хорошо. Он был ловок, быстр, владел изящными и смертельно опасными фехтовальными приемами, но, для того чтобы достать Белого Рыцаря, всего этого было недостаточно.
За несколько минут боя его меч трижды коснулся белой брони и оставил на ней царапины. А потом Гаррис как-то не очень удачно отскочил назад, меч Белого Рыцаря очертил в воздухе широкую дугу, самым кончиком ре-»анув императора по горлу.
В жилах Черного Урагана текла красная кровь. Она выплеснулась веером, отдельные капли даже долетели до брони маркиза.
Голова Гарриса откинулась назад, мне казалось, еще мгновение, и она отделится от тела…
Толпа ахнула. Солдаты сжали рукояти своих мечей, готовясь мстить за своего командира.
Но разрез был недостаточно глубок, и голова не пожелала покинуть свое место на плечах Гарриса. Сам император не падал, он продолжал стоять, все еще сжимая в руках меч. Однако у меня не осталось никакого сомнения в том, что Черный Ураган был мертв. Кровь заливала его ру башку.
Белый Рыцарь занес меч для последнего удара, но что-то мешало маркизу его нанести.
Бей, мысленно взмолился я. Бей, пока тебя никто не остановил.
И тут Гаррис свободной левой рукой взял себя за волосы и вернул голову в нормальное положение. Лицо исказилось гримасой.
— Больно, — пожаловался император. — И рубашка испорчена.
Толпа снова ахнула. На этот раз от ужаса.
Белый Рыцарь ударил сверху вниз. Меч разрубил плечо Гарриса, миновал ключицу и остановился только там, где у Черного Урагана должно было быть сердце, если император по-прежнему нуждался в этом органе. Лично у меня сложилось такое впечатление, что Гаррис все-таки перестал быть человеком.
Видимо, сердце не играло для него никакой роли. Гаррис левой рукой схватился за лезвие меча Белого Рыцаря, мешая выдернуть его из своего тела, и отрубленные пальцы почему-то не посыпались на пол тронного зала. А правой рукой Черный Ураган вонзил свой меч под мышку маркиза, очень ловко угодив в щель между доспехами. Странно, я думал, он ударит в шею…
Белый Рыцарь отпустил свое оружие и шагнул назад. В его глазах застыло изумление.
Гаррис уронил на пол короткий клинок, выдрал меч маркиза из своей груди, обхватил его обеими руками и оценивающе посмотрел на Белого Рыцаря.
— Бей, — сказал маркиз.
Одним мощным ударом император снес его голову с плеч.
ГЛАВА 3
Меня заточили в башню.
По-моему, это форменное издевательство. В башню обычно помещают принцесс, а не принцев.
С другой стороны, хорошо, что не в подвал. Замок старый, и в подвалах сыро. А в башне тепло, сухо и скучно.
С самого утра ко мне никто не приходил, да и утренний визит не принес ничего интересного, кроме завтрака.
Полночи я проходил по небольшой комнатке, прокручивая в голове схватку Белого Рыцаря с Гаррисом. Магия — это, вне всякого сомнения, штука интересная, но я еще никогда не слышал о магии, позволяющей жить человеку с перерезанной глоткой. |