В понедельник в аптеке был напряженный день. Из Порт-Леона доставили партию товаров, и все работники магазина были созваны во внутренний дворик распаковывать и рассортировывать их. Пенни загрузила свою «мини» и поехала развозить заказы.

Обычно первым делом она наведывалась в лесничество. Ей нравилось туда ездить. Она знала, что ее радостным лаем встретит эрдель, и еще она всегда надеялась, что удастся переброситься дружеским словом со Стивеном, если только в этот момент он не будет занят важными делами.

Но сегодня ей хотелось его видеть в самую последнюю очередь. Под влиянием неотразимых чар Глории он, казалось, превратился в совершенно другого человека. Он всегда был сдержанным, а теперь стал уклончивым. Пенни уже не могла чувствовать себя с ним легко и свободно, как раньше, и вообще сомневалась, что когда-нибудь у них будут прежние отношения.

Все утро она разъезжала по самым отдаленным, участкам острова, в основном развозила детское питание тем семьям, которые жили далеко от деревни, и препараты для инвалидов и престарелых. Это было очень утомительное дело, и человек, который не знал остров так хорошо, как она, с ним вообще не справился бы. Большей частью ей приходилось выходить из «мини» и топать пешком или карабкаться по холмам, по узким тропинкам, чтобы добраться до привольно разбросанных по долине домов, на которых не было ни номеров, ни названий улиц. Денег никто не платил. Как ни скудны были финансовые источники острова, все же в казне хватало денег на то, чтобы обеспечивать бесплатными лекарствами самых бедных жителей. На самом деле это Пенни принимала подарки. Здесь ей в руку совали апельсин со словами «Благослови тебя Бог, дитя!», там — кокосовый орех или пучок свежей зелени. Ведь все знали, что она совершенно не обязана приезжать к ним. Она поступала так из-за своего доброго сердца, чтобы им не нужно было проделывать пешком дальний и утомительный путь в Вэл-Флери.

Последним пунктом ее маршрута было лесничество. Приехав туда, она увидела, что даже Ларри не встречает ее на этот раз. За старшего в хозяйстве остался престарелый слуга Айзек — мрачный, неразговорчивый человек, беспредельно преданный Стивену и Питу, но враждебно настроенный ко всем остальным людям. Он вышел, чтобы взять у нее ролик с пленкой, и пробормотал что-то неразборчивое, что ей пришлось принять за «спасибо».

Айзек редко показывался на людях, предоставляя гостям возможность самим управляться, но сегодня, к ее удивлению, остановился, чтобы поговорить с ней. Она еще больше изумилась, когда расслышала, что именно он бормотал.

— У тебя в доме живет ведьма. Она греховная соблазнительница. Когда придет время, ты вспомнишь, что написано в Библии: «Ты не будешь больше страдать от ведьмы, ибо она умрет».

И, окинув девушку пронзительным взглядом черных глаз, он отвернулся и, разговаривая сам с собой о блуде и геенне огненной, пошел в дом.

Еще много лет назад Стивен рассказывал ей, что Айзек, надежный человек и прекрасный слуга, немного тронулся умом. Очевидно, его помутившийся разум до сих пор хранил остатки странных предрассудков, сохранившихся от тех дней, когда его предки, захваченные в рабство в лесах Африки, цеплялись за единственное, что у них оставалось, — за свои примитивные верования. Древняя магия смешалась в его восприятии с христианскими догматами, усвоенными им впоследствии.

Пенни была рада отделаться от него, вскочить в «мини» и отправиться домой. Она и так уже опаздывала, устала и к тому же очень проголодалась.

К ее ужасу, она обнаружила, что прибыла как раз в разгар ссоры.