Изменить размер шрифта - +

— Которую мы найдем вместе с тобой.

— О-о, дорогой мой Рекс! — страстно вскричала Квинелла. — Могла ли я даже подумать, когда уезжала из Англии, что это со мной случится!

— Но это случилось! — ответил он. — И это только начало! И нас с тобой еще так много ждет впереди.

Он хотел поцеловать ее, но она, уклонившись от поцелуя, спросила:

— Я… хотела кое о чем спросить… тебя.

— О чем же?

Он знал, что она с трудом ищет слова, и ждал, думая при этом: за что ему такое счастье?

Квинелла заговорила, и голос ее звучал как музыка:

— В тех книгах, что ты дал мне, говорится, что, индусские девушки боготворили своих мужей. Каждая думала, что ее муж — Кришна… Бог любви.

— Да, верно.

— И… поэтому, — шепотом сказала Квинелла, — сам… акт любви считали… божественным. Рекс ничего не ответил, и она продолжала:

— Я… тоже… почувствовала это! Для меня… ты — Кришна… любовь, которую ты… дал мне… священна, и я… боготворю тебя.

Он сжал ее в объятиях так крепко, что она едва могла перевести дух.

— Любовь моя, бесценное мое сокровище, пожалуйста, не говори так. Это я должен боготворить тебя, потому что ты — совершенство!

Порывистым движением она прижала к себе его голову, ища его губы своими губами и прижимаясь к нему всем телом.

И вот уже тот священный огонь, что горел в каждом из них, превратился в бушующее пламя и, поднимаясь все выше и выше, понес их — пылающих неистовой страстью — к сияющим вершинам восторга…

Рано утром, когда солнце еще не успело стать нестерпимо палящим, Рекс помог Квинелле сесть в седло — лошади уже были поданы к парадному подъезду.

Их провожал капитан Андерсен.

— Пусть слуги подвезут еду на вьючных лошадях и оставят ее под деревьями над водопадом Наини, — распорядился Рекс. — Они должны успеть туда к полудню, потом удалиться, а затем подобрать, что останется, через два часа.

Квинелла несколько раз порывалась издать радостное восклицание, но не стала прерывать речь своего супруга.

— Я прослежу, чтобы все было сделано, — ответил капитан Андерсен.

— И объявите всем, пожалуйста, что в течение двух недель я не буду устраивать никаких официальных приемов, — продолжал Рекс, — а все неотложные дела возлагаю на вас.

Немного поколебавшись, адъютант спросил:

— Если у меня возникнут какие-нибудь затруднения — смогу я обратиться по этому поводу к вам сегодня вечером?

— Нет, — категорически отрезал Рекс. — Мы будем обедать в маленькой гостиной ее превосходительства, и нам будет прислуживать Азим. По всем хозяйственным вопросам — нас нет дома. И исключений из правила не будет!

— Все понятно, ваше превосходительство. Капитан Андерсен улыбнулся и добавил:

— Удачи вам, милорд! И, хоть немного запоздалые, но мои самые искренние поздравления!

— Спасибо, Андерсен!

Рекс повернулся, собираясь сесть на коня. В это время к дому подошел один из садовников.

В одной руке он держал огромную корзину только что срезанных роз, а в другой — букет тигровых лилий.

— Дайте мне их, — сказал Рекс и забрал букет из рук садовника.

Затем он вскочил на коня и прикрепил букет впереди седла.

Они тронулись, а капитан Андерсен и двое слуг помахали им на прощание.

И только когда они добрались до поросшей орхидеями тропинки, которая шла через парк, Квинелла с любопытством спросила:

— Зачем ты взял тигровые лилии?

— Эти цветы в моем воображении всегда связывались с тобой, — ответил Рекс.

Быстрый переход
Мы в Instagram