— Лора принесет их ко мне домой вечером. Не подумай, что я не ценю ваше внимание, Джон, но вы зря беспокоились.

Джон вопросительно вскинул бровь.

— А разве мы посылали тебе цветы?

— Посылали. Вот тут написано. — Рид протянул ему карточку.

Джон взял ее и молча прочитал.

— Может быть, одна из практиканток… — промямлила Лора.

— Они всегда излишне усердствуют, — пришел ей на помощь доктор Рид.

Джон все еще смотрел скептически.

— А эта юная леди будет моей ночной сиделкой еще пару недель. — Рид подмигнул Лоре, и та улыбнулась ему в ответ.

— Я думал, ты не любишь приглашать незнакомых людей к себе в дом, а тем более ночью.

— Ну, Лора, скажем, не незнакомка, я знал ее отца.

— Ты знал ее отца? — Джон буквально буравил Лору взглядом. — Ну, в любом случае я тоже буду рад тебе помочь. Ты так много сделал для моего отца.

— А сейчас ты замещаешь меня в клинике. Это неоценимо. К тому же в сиделки ты все равно не годишься, а Лора гораздо симпатичнее тебя.

Оба посмотрели на нее, и Лора почувствовала, что краснеет.

— Не могу с этим спорить, — усмехнулся Джон.

— И она позволит мне заплатить ей, ведь так?

— Конечно, — весело отозвалась Лора.

— Спасибо, что пришла и предложила мне помощь, — улыбнулся ей доктор Рид.

— Вы просили его об этом? — спросил Джон.

— Да она настаивала, не так ли?

Под подозрительным взглядом Джона Лора почувствовала себя преступницей.

Мама одинока, а позже она найдет кого-нибудь и для бабушки. Она хочет опять жить одна, хочет быть свободной. А доктор Рид кажется неплохим малым, и лучший способ проверить это — побыть рядом с ним пару недель.

Когда она прощалась, Джон выглядел недовольным. В последний момент он сказал:

— Уверен, мы еще встретимся.

Она постарается не допустить этого!

ГЛАВА ВТОРАЯ

Лора бросила взгляд в зал магазина и занялась составлением букетов, одновременно наблюдая за мамой и бабушкой.

Те выглядели очень довольными.

Бабушка Элла, седоволосая и розовощекая, внимательно следила за всем происходящим, обращая особое внимание на людей, проходивших мимо магазина. Она, конечно, высматривала внуков своих подруг, чтобы устроить с ними Лоре «случайное» свидание. Проклятье!

Мать помогала мужчине средних лет завернуть только что купленный букет в целлофан. В свои пятьдесят Анжела Гиффорд был высокой стройной женщиной с блестящими темными волосами до плеч, чуть тронутыми сединой. Она, безусловно, лучше всех справлялась с обслуживанием покупателей — знала, когда стоит ненавязчиво помочь клиенту, а когда дать ему возможность выбрать самому. Бабушка Элла заговаривала людей до смерти, а у Лоры было, как говорила мама, «дырявое терпение».

Через пару часов, когда они все вместе ехали домой, букет из ирисов и бледно-желтых нарциссов лежал в багажнике, а бабушка Элла рассказывала о внуке одной из своих подруг.

Дома Лора выложила новости.

— Я нашла подработку на две недели, — сказала она, пересчитав и покормив рыбок в большом аквариуме. Все живы-здоровы. — Работа ночная, буду помогать немолодому человеку, только что перенесшему операцию на ноге. Естественно, магазин я не брошу, а на заработанные деньги поменяю наконец ремень в фургоне. А вы тут пока кормите моих рыбок, ладно?

Бабушка Элла издала звук, похожий на шипение.

— Сегодня я пригласила на ужин молодого человека. Пойди уложи волосы и переоденься.