— Константин! — расцвела улыбка на его лице.

— Госпожа? — глянул он за его плечо на ослабевшую рыжую девчонку. Та изобразила лишь подобие улыбки, а затем снова скривила губы от боли. — Никуда не уходите. Дайте мне… минут восемь.

«Десять…»

— Десять, — поправился Константин. — Десять минут на то, чтобы все остальные добрались до столицы в добром здравии.

И, как только Роман кивнул, адамант отправился в следующий вагон, заранее запустив руку в сумку на поясе.

Путь в любом случае придется расчищать. Слишком много тварей на квадратный метр. Не иначе, один из порталов был открыт неподалеку.

«Чтобы не дать студентам сбежать из самого безопасного места в Империи», — догадался Константин.

«Похоже на правду…» — прохладным голосом согласился с ним Якомару.

* * *

— Да им, блин, конца и края не видно… — процедил сквозь зубы, сбрасывая одну из тварей с кончика копья. — Бессмысленная затея, пока не закроются порталы.

— Бессрочный проры-ы-ыв… — задумчиво протянула Полиночка, облокачиваясь на кирпичную стену, доставая что-то из кармана и надкусывая… котлету. Масло потекло по подбородку девушки, а сама она сощурила глаза от удовольствия.

— Ты где котлету по-киевски достала, мать⁈ — искренне удивился я, преображая копье в револьвер и взводя курок.

— Места надо знать, — подмигнула княжна, прожевав. — В столовку какую-то по пути заскочила. Не пять звезд Егорьевских, конечно, но тоже ничего! Калорий, правда, маловато…

— Эти калории прямо сейчас стекают по твоему подбородку…

— Ой, правда? — тут же принялась она голыми руками оттирать масло с лица.

Тем не менее, Полиночка помогала хоть как-то. Стервятник же тенью следовал за нами. Периодически куда-то исчезал, стоило какой-нибудь твари преградить нам путь, а после — так же внезапно появлялся. Толку от него было, как от вантуза в деревенском туалете, и в данный момент как раз нашлась свободная минутка, чтобы обсудить его бездействие. Не самая безопасная минутка в моей жизни, впрочем… а кому сейчас легко?

— И когда же ты соизволишь присоединиться к нашей охоте? — поинтересовался у старика, изогнув бровь.

— Ых… — выдохнул тот, криво ухмыльнувшись. — Когда добычей… станут… люди…

— Чем же тебя твари не устраивают?

— У них нет… души. А у нас есть… уговор.

Честно говоря, после его слов очко мое немного сжалось. И дело было не только в особенностях этого голоса, словно дед из последних сил дышал через подводную маску и никак не мог надышаться вдоволь. Ему требовались души для подпитки, а следовательно, и зачистка его всегда состояла в том, чтобы… ну нет! Не мог же он целыми пачками аристократов скашивать! Да и Виктория после ночи ограбления в аукционном доме жива осталась. Вероятно, спектр его умений одними только убийствами не ограничивался, и память он впрямь стирал умело.