|
И что происходит? Этот педик задерживает выплаты. Ну, мы, конечно, чуток подняли планку, раз он всех этих гомиков в район перетащил. В общем, он не платит, просит подождать. Ну мы пришли, пошумели. Немного, самую малость, правда, посетителей подраспугали. Они все как выбегут на улицу с воплями — как теперь, мол, суп с кружавчиков отстирывать. В конце концов, этот педик решил, что с него хватит, и просит Эдди выкупить у него лицензию обратно. Ну, Эдди ему нормальную цену предложил, немного, правда, место-то не шибко процветало, да и продавать он его не по доброй воле решил, так ведь? В общем, расстроился Эдди, ну, что эта часть бизнеса вот так уходит. Нашел он этого типа — красавчик такой, норвежец, кажется, моряк, — сунул ему пару десяток и послал в ресторан. Педик этот, хозяин заведения, так слюни и распустил, думает, вот повезло. И говорит себе: «Похоже, я сорвал банк».
Только он не знал того, что знал Эдди. Ну, угостил он этого норвежца за счет заведения, перемигнулся с ним и отвел к себе домой. Недели через три начал чесаться, потом мочиться стало больно, как бритву в член вставили. Пошел в клинику для гомиков и там выяснил, что у него такой сифак, какого там врачи много лет не видали. Да еще в трех местах. Джегго явно радовался, даже фыркнул от удовольствия, что Даффи попался, а в конце добавил — на случай, если кто-то не понял: — Не любит он педиков, мистер Эдди, ох, не любит. — Неужели? — отозвался Даффи. Еще какое-то время сидели молча, пока Эдди не просунул в дверь голову и не окликнул Георгиу: — Развлеки тут пока мистера Даффи, Джегго. Снова наступила тишина. Даффи надеялся, что в понимании Джегго развлекать означало оставить его в покое, наедине с собственными мыслями, но не тут-то было. — Так сразу остальные истории с педиками и не вспомнишь, — снова начал он. — Помню только, как мистер Эдди пошутил над одним стукачом. — Я не стукач, — заметил Даффи, в надежде логическим доводом закончить рассказ. Джегго, похоже, рассердился; его прервали еще до того, как он приступил к повествованию. — Но ты ведь легавый. — Интересно, они когда-нибудь запомнят, что он уже не полицейский. — Вы и стукачи — одно дерьмо. Даффи не отреагировал. — Был у нас один стукач, — заново начал свой рассказ Джегго, — а в нашем деле если мы кого и ненавидим, так это стукачей. Педиков мы сильно не любим, но стукачей — еще больше. Найти бы такого стукача, чтоб он был еще и педик… — Джегго мечтательно закатил глаза. — В общем, попался нам один стукач. Ирландец. Славный парень, только стукач. Дал знать конкурентам про грузовик с книжками, которые нам кое-кто отправил. Не знаю, зачем он это сделал. Из-за денег, наверное. В общем, наши парни его забрали и привели к мистеру Эдди. Эдди это сильно не понравилось, могу тебе прямо сказать. То есть никто не стучит на Эдди — правило такое. Только мистер Эдди с налету ничего делать не стал. Он подумать любит, прежде чем что-либо предпринять. Он у нас мыслитель, мистер Эдди-то. Пораскинул мозгами, приходит и отправляет меня за тюбиком суперклея, знаешь такой? Схватывает за секунду. На упаковке еще написано: держите подальше от детей, а то пальцы себе склеят — в больницу придется везти. Купил я этот клей, и мы с мистером Эдди отправились к ирландцу. Тот уже в штаны от страха наложил, можешь себе представить. Мистер Эдди тщательно все продумал. Парень, конечно, порыпался малость, как увидел, что его ждет. Мистер Эдди намазал ему губы клеем, а он растянул обратно. Тогда мистер Эдди ему зубы передние клеем намазал и челюсти сдвинул. Даффи поморщился. У Эдди, очевидно, были свои представления о том, как наказание должно соответствовать преступлению. |
