— Но для чего это ему? У вас же такие возможности, неужели вы не можете выяснить?

— Лена, список исчезновений на этом не закончен. Неделю назад исчез навигатор «Владимира Русанова» Михаил Воронин. Отправился покататься на яхте по Адриатике, а через два дня спасатели нашли пустое судно. Шторма в том районе не было.

Пристинская тряхнула головой, не в силах примириться с неожиданной новостью. Значит, всё пропало… Вся её глупая, бездарная, бесполезная экспедиция. Она чувствовала себя полностью уничтоженной. Оставалось услышать лишь одно. Но как спросить об этом, как произнести?

— Советник, в начале разговора вы сказали, что предположение Коцюбы верно. То есть существует способ выявлять двойников со стопроцентной надёжностью?

— Существует, — Берг посмотрел на неё вопросительно, ожидая продолжения. И вдруг засмеялся. — Лена, вы хотели спросить, не двойник ли вы? Уверяю, вы всё та же Елена Пристинская, которая сидела на этом самом месте четыре месяца назад. Не могу сказать, побывали вы на Горгоне или нет, но в том, что вы там не остались, я уверен на сто процентов. Уж не сомневайтесь, это я проверил, едва вас доставили в карантин. И пожалуйста, не ставьте крест на собственной жизни. Что-то мне подсказывает — история с Горгоной ещё не закончилась. Ни для вас, ни для меня.

— Сверху небо, снизу море,

Тонкой строчкой дальний путь…

Елена обернулась. Диана стояла, запрокинув голову, засунув руки в карманы расстёгнутой куртки. Почувствовав взгляд подруги, опустила голову, улыбнулась.

— Вышла узнать, не замёрзла ли ты здесь.

— Спасибо за беспокойство, всё нормально. Захотела подышать морским воздухом перед сном. И звёздами полюбоваться. Мне теперь ими разве что любоваться и остаётся.

— Вот только не плачь! Ты сильная, сильнее меня.

— Сильнее тебя? Вряд ли.

Они помолчали.

— Я завтра улетаю, — сообщила Елена. — Поеду к себе во Львов. Хочу побыть одна, собраться с мыслями. Решить, как жить дальше.

— Понятно. Я отвезу на аэровокзал.

— Не нужно, не потеряюсь. Знаешь, звёзды мне напоминают людей. Они такие же далёкие друг от друга, чужие и холодные. А если попытаешься приблизиться — сожгут.

— Да ладно! Мне звёзды напоминают острова. Далёкие, неведомые. Так хочется побывать там! Знаешь, я дальше Луны никуда не летала.

— Ну, у тебя всё ещё впереди.

Диана возмущённо цокнула языком.

— А у тебя? Ты что, хоронить себя собираешься в тридцать четыре года? Кстати, совсем из головы вылетело! Поздравляю с прошедшим Днём Рожденья! Лучше поздно, чем никогда.

Пристинская удивлённо уставилась на неё. А ведь верно, ей тридцать четыре уже. Месяц назад исполнилось, когда она на лунной базе в стасисе лежала. Хоть кто-то вспомнил.

Арман её замешательство истолковала верно. Переспросила недоверчиво:

— Неужели никто не поздравил?

— А кому я нужна? Дин, я как тот звёздный остров — сама по себе. Ни близких, ни родных… всё, проехали! — она постаралась удержать неожиданно подступившие к глазам слёзы. — Скажи, когда в Крыму цветут чайные розы?

— В июне, а что?

— Я забыла их аромат.

— Вот беда! Приезжай летом в гости, я тебя свожу на розовые плантации, вернёшь свои воспоминания. И как розы пахнут, и всё остальное.

Елена покачала головой.

— Ты не поняла. При чём здесь воспоминания… Украли кусочек моей жизни, моего прошлого. А я даже не знаю, какой! Может, там было что-то очень важное для меня? И никто, понимаешь, никто мне этого не вернёт.

За Днепром пелена облаков заволокла горизонт.