Моряк, не менее пьяный, чем Кристина, схватил ее за ягодицу, потискал и ухмыльнулся.

– Ладно, только как мы отсюда выберемся? Бесси ни за что тебя не выпустит.

– Пусть тебя Бесси не беспокоит, – успокоила его Кристина, чувствуя, что стены комнаты вот-вот упадут на нее. – Кроме выхода через бар, есть и другие. Пойдем!

Моряк обнял Кристину за талию, они прошли по коридору мимо гостиной Бесси, спустились вниз и вышли на освещенную газовыми фонарями улицу.

«Коринфия» походила на «Мавританию» удобствами и комфортом, но отличалась более скромным декором. Затуманенным взором оглядывая все кругом, Кристина не способна была заметить эти отличия, да к тому же компаньон торопил ее. Главный интерес его заключался в том, чтобы как можно скорее затащить Кристину в свою койку. Его сотоварищи пока еще пьянствовали на берегу, и он хотел получить как можно больше удовольствия, которое сулило ему аппетитное тело Кристины.

Они вошли в большую каюту, и Кристина увидела двенадцать пустых подвесных коек.

– Когда-нибудь делала это в таком гамаке? – спросил моряк, стягивая через голову толстый шерстяной свитер.

– Нет, – сдавленным голосом ответила она.

Если бы они плавали с Девлином, как он обещал, на чем бы они спали – на обычных или на подвесных койках? У капитана должна быть нормальная, даже двуспальная койка. Кристина с трудом сдержалась, чтобы не разрыдаться.

– Куда, к черту, задевалась бутылка с бренди? – спросила она, а найдя, жадно приложилась к ней, желая только одного – забыться.

Почему, размышляла Кристина, с одним мужчиной это значит гак много, а с другим – ровным счетом ничего? А затем в ней вновь возобладало желание отомстить Девлину. Теперь рядом с ней будет множество мужчин. Сотни. И Девлин О'Коннор будет одним из сотен. Через несколько недель она напрочь забудет о нем. Она не сможет даже вспомнить, как выглядит его лицо, забудет ощущения от прикосновений его руки. Но даже под алкогольным флером она понимала, что пытается обмануть себя. Чтобы забыть Девлина О'Коннора, понадобятся не недели. Потребуются месяцы. Даже годы.

Дюжий моряк заставил Кристину продемонстрировать обещанные ею штучки и, получив полное удовлетворение, обессилел до такой степени, что был не в состоянии натянуть брюки и проводить Кристину до набережной. Было решено немножко вздремнуть. Всего несколько минут. Бренди наконец оказало свое действие на Кристину. Она заснула, прижавшись обнаженной грудью к теплому телу моряка. Он повернулся на бок, прикрывая ее на тот случай, если кто-то неожиданно нарушит их уединение, и очень скоро громко захрапел.

Приятели Виктора Джексона были слишком пьяны, чтобы по возвращении заметить, что его подвесная койка провисла больше обычного. Кристина проснулась среди ночи оттого, что у нее раскалывалась голова и звенело в ушах. Она с трудом выбралась из гамака, взяла одно из одеял и пристроилась в углу на полу, укрывшись с головой.

Джексон проснулся, едва забрезжил свет. Вспомнив о событиях вечера, он пришел в ужас. Однако Кристины рядом не было, и он приободрился. У девушки оказалось больше здравого смысла, чем у него. Должно быть, она сошла с корабля. Но это была ночь, которую нельзя забыть! Через пятнадцать минут он был полностью одет и готовился на палубе вместе со своими товарищами принимать пассажиров.

Кристина пару раз просыпалась среди ночи, чувствуя, что пересохло в горле. Однако перспектива подняться и отправиться на поиски воды ей никак не улыбалась. Сквозь сон она чувствовала вибрацию двигателей, и ей казалось, что она снова на борту «Счастливой звезды», что вместе с отцом они собираются взять курс на Брест и благословенные порты Средиземного моря. Она подтянула колени к подбородку, как делала это в детстве, и погрузилась в еще более глубокий сон.