В его голосе звучала горечь, а еще – какой-то неясный намек, словно он хотел что-то добавить, но не решался. Впрочем, Ивар давно уже понял, что к Джебу Ро третий генетик относится без больших симпатий – как, вероятно, и к другим членам миссии кни’лина. В среде достойных он являлся отщепенцем, и это было столь же очевидно, как неприязнь, питаемая друг к другу ни и похарас .

    Тревельян заглянул в его темные глаза.

    – Недавно мы говорили, что наше вмешательство не должно вредить ни терре, ни тазинто. Задача экспедиции – восстановление равновесия между ними каким-нибудь гуманным способом… – Он замолк на секунду, припоминая Пекло, Хаймор, Пта и другие миры, где Фонд тем или иным путем добивался успеха. – Мы могли бы внедрить у тазинто новую религию или все-таки взорвать этот проклятый полуостров в самой середине, чтобы терре защищал океан… Способ мы обязательно придумаем, Иутин. Но ты сказал, что у лидеров экспедиции есть разногласия, и я тоже понял это, беседуя с ними, просматривая собранные материалы и ваши предложения. Так в чем же, по-твоему, причина споров?

    Иутин молчал и прятал взгляд. Ивар, однако, не собирался останавливаться.

    – Конфликт, вероятно, между Джебом Ро, аристократом, верящим в Йездана, и Первым Лезвием, чьи боги – наука и власть. Координатор экспедиции – похарас , и для другого клана это может показаться оскорбительным. Значит, что бы ни придумал Джеб Ро, что бы ни предложил, Первый Лезвие будет против. Если, скажем, координатор решит, что с тазинто нужно обойтись покруче, Лезвие в тот же час…

    – Ты верно назвал источник конфликта, но ошибся в позициях сторон, – глухо молвил третий генетик.

    – Я так, для примера. Судя по отчетам Первого Лезвия и Второго Курса, именно им не нравятся тазинто. Конкретных рекомендаций в отчетах нет, но думаю, они хотели бы их уничтожить.

    – Никто на это не пойдет, ни мы, ни вы, земляне; поступить так с беззащитной расой – значит, упасть во мнении Галактики. Но Первый Лезвие считает, что их необходимо подвергнуть лучевому воздействию, сократив численность и добившись не столь агрессивных мутаций… если угодно, притормозить хищные инстинкты дикарей. Второй Курс с ним согласен. Я, как специалист, готов утверждать, что это замедлит их эволюцию, а другие последствия, тоже негативные, проявятся через два-три века, когда наши кости и наша ответственность истлеют в погребальных кувшинах. Что же касается Джеба Ро, моего ньюри… У него есть другой план. Он, как ты заметил, верует в Йездана и помнит, что смерть не снимает грехов – и потому, пока он лидер экспедиции, воздействий на генофонд не будет. Он ищет причины ненависти тазинто к терре и способы их обуздать, так что твои исследования и выводы для него бесценны.

    – Ну, не будем о заслугах… – Тревельян небрежно помахал рукой. – Я ознакомился с идеей Джеба Ро и хочу напомнить, что воздействие на генофонд возможно лишь по солидарному решению землян и кни’лина. Мозг станции просто не включит излучатель, пока два координатора, ваш и наш, не сообщат ему необходимые пароли. Сам я, кстати, таких полномочий не имею. – Он на секунду смолк, потом добавил: – Если отвлечься от технической стороны, скажу по правде, что позиция Джеба Ро больше меня прельщает, чем вариант Первого Лезвия.

    Этого он не скрывал при посещении лабораторий и в беседах с теми кни’лина, с кем удалось встретиться и переговорить.