— Поела? — неожиданно резко бросил он.

— Да, — не вдаваясь в подробности, ответила она и уселась возле кровати.

— Ну вот и все, — бодро объявила сестра, одарив присутствующих своей неизменно радужной улыбкой. — Только присматривайте за этими трубками.

— Естественно, — в один голос ответили Рина и Кил, но едва сестра скрылась за ближайшей ширмой, он угрюмо посмотрел на нее:

— В чем дело?

— Ни в чем!

— Да, но ты бледна, как привидение.

— Говорю же тебе, все в порядке, — огрызнулась Рина.

— Мне не нравится, что ты здесь. Может, укол так на тебя действует…

— Да перестань же, Кил, говорю тебе — все нормально. И иначе как силой ты меня отсюда не вытащишь, а вокруг слишком много людей, чтобы демонстрировать свои мужские замашки.

Не следовало бы так говорить с ним. Глаза его сузились и превратились в щелочки, мечущие серебряные молнии. Скулы окаменели, челюсть угрожающе выдвинулась вперед.

— Знаешь, Рина, лучше не искушай меня. Если понадобится, то я и силой тебя отсюда вытащу, и мне наплевать, кто и что подумает о моих «мужских замашках».

Рина поспешно опустила взгляд, решив, что сейчас самое время дать задний ход.

— Ну ладно, ладно, не кипятись. Право, мне ничего не нужно. Просто я хочу посидеть с Мэри.

— Хорошо, — процедил Кил и круто повернулся.

Рина не поднимала головы до тех пор, пока не убедилась, что он вышел из зала.

Но оказывается, она ошиблась, все-таки не вышел. Вернулась Джоан Кендрик, и Кил остановился поговорить с ней. Рину снова охватил озноб. Да что же это со мной такое происходит? — устало подумала она. Почему не нравится, когда Джоан разговаривает — всего лишь разговаривает — с Килом или Гленом? С ума, что ли, схожу? Но сумасшедшей себя Рина не чувствовала. Одинокой, бесконечно одинокой — другое дело. Джоан Кил рассказывает все, делится всеми планами, а ей ни слова не говорит. Но ведь он с тобой, напомнила себе Рина. Он ухаживает за тобой. Вон, волосы вымыл. И тело. С головы до ног. Он сказал, что все зависит исключительно от нее, она же так и не решилась сделать выбор. А как хотелось!

Но ведь это я сплю в его постели, утешила себя! Рина. И время еще есть…

Есть ли? С каждым днем ей становилось все яснее, что второго шанса может и не представиться.

— Рина?

— Мэри! О, Мэри! Ты узнала меня.

Мэри выдавила слабую улыбку:

— Черт, ног под собой не чую. Слабость ужасная.

— Ясно, ясно. Но скоро тебе будет лучше. Потерпи еще немного. Попить хочешь?

Мэри кивнула и с помощью Рины попыталась сделать глоток воды. Затем, измученная даже этим небольшим усилием, вновь откинулась на подушку. Губы ее зашевелились, она явно хотела что-то сказать.

— Ты что, Мэри? — Рина низко наклонилась над ней.

— Доналд?

— Он скоро вернется.

Ответ, казалось, успокоил Мэри. Она закрыла глаза и вновь погрузилась в забытье.

Рина так и сидела, держа ее за руку. Солнце клонилось к закату.

Только около девяти вечера появился Доналд. Он на цыпочках подошел к кровати и тревожно посмотрел на Мэри. Выглядит раз в десять лучше, с облегчением отметила про себя Рина. Побрился, переоделся в спортивные брюки и легкий свитер и, похоже, вполне отдохнул.

— Извините, Ри, — прошептал он, порывисто беря ее за руку, но все еще пристально вглядываясь в лицо Мэри. Потом наконец перевел взгляд на Рину. — Начисто вырубился. Даже и не думал, что столько просплю.

— Да ну что вы, вам обязательно надо было отдохнуть.