– Хотите, я провожу вас домой?

– Наверное, хочу.

– Давайте выпьем кофе… – Слезы подступили совсем близко. – А знаете, мне муж изменил, бросил меня и уехал в Питер к своей однокласснице, это его первая любовь… А потом сбежал от нее, не смог с ней жить. Решил ко мне вернуться, но мне-то он зачем? И вот теперь я совсем одна… Господи, что я такое говорю… наверное, вот так и сходят с ума… посмотрите на мой нос… Вам он нравится?

– Нравится, – неожиданно быстро, словно он был готов к этому вопросу, ответил Лука. – У вас очень красивый нос. Я бы тоже хотел такой иметь…

– Вы извините меня… – Она встала и, чувствуя огромное облегчение после того, как произнесла, озвучила болезненные для нее фразы, убивающие в ней всякую радость, направилась к выходу. Этот Лука не был болен, определенно. Просто забыл деньги дома… Но зачем же пить чужой кофе?

Она вдруг остановилась, обернулась и взглянула в его зеленые глаза.

– Лука, а это правда, что у вас есть деньги?

– Правда, просто я не помню, куда их положил…

Может, он сумасшедший?

– Мы можем пойти вместе ко мне и поискать… Знаете, я устал. Я так устал, что у меня нет сил даже искать деньги… И мне ужасно стыдно, что я выпил чужой кофе…

– Вы приглашаете меня к себе? – покраснела она. – Но зачем я вам?

– Выпьем чаю… правда, если он есть.

И они вместе вышли из кафе. Лара купила по дороге чаю и хлеба с маслом.

– Я живу тут недалеко, за углом… – И он взял ее за локоть.

– Вот, это Вика. – Лука неохотно представил Ларе любительницу варенья.

Лару же он и представлять не стал, просто взял ее за руку и привел в одну из многочисленных комнат своей, как он считал, квартиры.

Из светлой, желтой, заставленной цветами и какими-то коробками кухни Лара оказалась в жутчайшей синей комнате.

– Почему лампа синяя? – ужаснулась она, разглядывая одиноко висевшую на шнуре маленькую темно-синюю лампочку.

– Не знаю, даже представления не имею, кто ее сюда ввинтил, – пожал плечами Лука, стаскивая с себя пальто и бросая его на спинку стула.

В комнате справа стояла разобранная и слегка прикрытая пестрой тканью кровать, напротив двери светился голубой квадрат огромного окна. Окно, голое, без штор, распахнутое, пугало своей воздушностью, открытостью… Лара подбежала и закрыла его.

– Здесь так холодно…

– Зато свежий воздух…

– Лука, скажите, где ваш стол на кухне, где чайник, который я могу взять, чтобы вскипятить воду и заварить чай?

– Говорю же, здесь все мое, все столы и чайники, ты что, не веришь мне?

Он так легко соскользнул с официального и чужого «вы», что и Лара подхватила такое естественное в тот сумасшедший вечер «ты», спросила:

– А кто эта тетка, что сидит в кухне и ест варенье? Разве она не живет тут? Это ведь, насколько я поняла, коммунальная квартира?..

– Тебя как зовут? – Лука бухнулся в кресло и вытянул свои длинные ноги, обутые в теплые меховые ботинки. На ковре под ними сразу же образовалась лужа.

– Лара. Лариса, – пробормотала она.

– Лариса, это не тетка, а актриса, причем талантливая, она играет в очень хорошем театре ведущие роли… Ее зовут Вика Лейбман, может, слышала? Еще она снимается в кино.