|
Ничего они не говорят ни каждые полчаса, ни час, ни даже в полдень или полночь. Не делают никаких замысловатых па руками и ногами. Просто стоят и не отрываясь смотрят друг на друга. И время вокруг них тоже остановилось. Думаете, так не бывает, чтобы время остановилось? Маловеры. Еще как бывает. Просто надо смотреть друг на друга не отрываясь.
Хватаюсь за что попало…
* * *
страшная сказка… рядом с уснувшим внуком дед не смыкает глаз
* * *
полупустое кафе… стул подгибает украдкой уставшую ножку
* * *
утро после зарплаты… опохмеляется пятачком свинья-копилка
* * *
так долго смотрю на тебя… от цветного горошка на блузке твоей сладко во рту
* * *
Вечерняя зорька… Чайка кричит: мужи-и-к! Угости червячком!
* * *
О, ненасытная! Уже наш старый диван Устал скрипеть!
* * *
боясь высоты твоих ног бесконечных, хватаюсь за что попало…
* * *
вечереет… бык с пастухом матерится лениво, не желая идти домой
* * *
долгий поцелуй… ворон у края скамейки каркнул в кулак
* * *
Рыбалка в разгаре! Уже и наживку С трудом отличу от закуски.
* * *
А спорим: нет места Для камня за пазухой У той полногрудой девчонки?
* * *
с утра на рыбалке… с каждым часом крупнее рыба, что сорвалась с крючка
* * *
заброшенный пруд… наяда отбитой рукой тщится прикрыть наготу
* * *
Зимний, предутренний сон… Сгребает лопатой дворник Яхту, блондинку в бикини; Отступает волна, и на берег Вылезают жена и будильник И истошно звенят, звенят…
На этом месте я заснул…
Известно, что книги притягивают тишину. Чем книг больше — тем тишина глубже. Только подумай какую-нибудь ерунду дома или на работе — немедля тебя призовут к ответу, а в библиотеке можно думать даже самые громкие и самые крамольные мысли. Даже если тебя там найдут — всегда можно будет сказать… Да никто не найдет. Кому теперь в здравом уме и твердой памяти придет в голову фантазия искать человека в библиотеке… В московском музее книги, на четвертом этаже Российской государственной библиотеки, такая тишина и такое безлюдье, что слышно, как экспонаты на полках и в витринах возмущаются любовным романом Барбары Картрайт или Сидни Шелдона, который читает музейная старушка, сидящая за огромным дубовым столом с зеленой лампой. Экспонаты можно понять… История книг представлена в музее с самого их рождения и даже с еще более раннего, можно сказать, внутриутробного периода развития. |
