Это было больно. Это было страшно. Настолько, что она не решилась возражать и безропотно выполнила все, что тот хотел. А сейчас, когда они оказались в точке назначения, Марина еще больше испугалась. Ведь сейчас-то теснота машины не будет его ограничивать, а значит… Но все обошлось. Пока что. Потому что стоило внедорожнику пересечь ворота и оказаться на территории особняка, как их встретил хозяин этого «недозамка». Это она поняла по тому, как трое похитителей тут же вытянулись перед обычным не слишком-то и сильным мужиком лет пятидесяти в струнку. Тот был одет в тонкий свитер с закатанными рукавами, что открывал вид на буквально синие от наколок руки, и свободные штаны.

— Вот, Бригадир, нашли, — толкнул Марину в спину второй похититель, что сидел рядом, но не трогал ее. — Все как ты и говорил. Светлая, неинициированная.

— Хорошо, — кивнул тот, — отведите ее к Диме.

Димой оказался мальчик лет десяти, чем-то похожий на встретившего их мужика. Когда Марину втолкнули к нему в комнату, мальчик что-то рисовал на стоящем около дальней от входа стены мольберте.

— Здравствуйте, — обернулся он и улыбнулся. Открыто. Светло. — Меня Дима зовут, а вас?

— Марина, — растерянно произнесла женщина. — Марина Владимировна.

— Очень приятно. Вы новая учительница?

— Не знаю, — дверь сзади закрылась на ключ, а женщина осмотрелась.

Обычная детская комната. Белые стены с парой красивых светло-желтых цветов, каждый размером с половину стены, на которой они были изображены. Абсолютно белый потолок. Справа от двери компьютерный стол с компьютером. Сейчас выключенным. Слева — детская кровать в форме машины. Напротив входа — окно, рядом с которым и стоял мальчик с мольбертом. За окном виден задний двор особняка.

— Папа часто учителей мне приводит, но долго они не задерживаются, — тем временем вздохнул мальчик. — Не знаю, почему. Сегодня вообще вы уже третья.

— И… — Марина сглотнула. — И куда делись прошлые две?

— Не знаю, — пожал плечами мальчик. — Папа их увел и больше я их не видел. Даже не знаю, что они преподавать должны.

— А чему тебя учат?

— Живописи, — показал на мольберт Дима. — Игре на гитаре, — новый взмах рукой в сторону не замеченного Мариной встроенного шкафа, что был слева рядом с дверью. — Языкам.

— А в школу ты не ходишь?

— Хожу, — кивнул мальчик. — Но там этому не учат. Или учат очень у-ре-за-но, — по слогам процитировал Дима кого-то. — А папа хочет, чтобы я был развит раз-но-сро… сто-рон-не. Вот, — мальчик вновь повернулся к мольберту.

— А-а-а… что мне сейчас делать? — растерялась Марина.

Телефона у нее не было, отобрали при похищении. Дверь заперта. В окно не выпрыгнешь — третий этаж. Вот она и хотела прояснить свою дальнейшую судьбу.

— Можете пока на стул сесть, — махнул в сторону компьютерного стола Дима.

— И как скоро… за мной придут? Мне ведь даже не сказали, чему тебя учить.

— Не знаю, — пожал плечами мальчик.

Повисла неловкая пауза. Неловкая для Марины. Диме видимо было все равно. Он старательно выводил линию борта парусника, стараясь, чтобы его рука не дрогнула.

Так они и сидели, пока в коридоре не раздался топот ног, после чего ключ в двери повернулся, и она распахнулась.

Глава 7

Усомнившийся

Когда я перешел по фото, показанному мне Тучиновым, то оказался в сотне метров от нужного особняка.