— Конечно, — прощебетал 3D.

— Хотя, если подумать... — она помешкала, — возможно, тебе все-таки лучше пойти со мной. Для твоей безопасности.

— Как пожелаете.

Не удостоив даже взглядом экраны или мууна, Садики вышла и начала спускаться к своим сотрудникам.

34

ХУЛИГАНЫ

Когда задняя стена камеры раскрылась, Васко Нейлхед решил, что ему снится сон.

В отличие от большинства здешних постояльцев, Нейлхед проводил в камере изрядное количество времени. После пребывания в разнообразных тюрьмах по всей Галактике для него не было никакого интереса общаться с остальными заключенными. Он до сих пор оставался формальным главой «Королей костей» и продолжал поддерживать свою власть, наводя ужас на окружающих, но с появлением этого забрака, Джаганната, который стал теперь куратором обеих банд, титул Нейлхеда приобрел в значительной степени символическое значение.

Больше его ничто не волновало. Он по-прежнему занимался каннибализмом, но уже без былого удовольствия. Теперь он проводил большую часть времени в камере, разбирая письма от поклонников и предложения сотрудничества, периодически впадая в неглубокий, не приносящий отдыха сон. Он обнаружил, что все больше и больше думает о родной планете, своей семье, об оставленных детях. Его подельники-«короли» все еще соблюдали данную ему клятву верности, но втайне Нейлхед мечтал, чтобы алгоритм выставил его на поединок против кого-нибудь из них, просто чтобы внести в свое существование хоть какое-то разнообразие.

Он мечтал выбраться отсюда, но, как и все заключенные, знал, что покинуть «Улей-7» можно лишь вперед ногами.

Он мечтал о черве.

На этот раз, когда окружавшие его стены начали трансформиваться со знакомым гулом и лязгом, Нейлхед просто предположил, что проспал трубный глас и что очередной поединок вот-вот начнется. Временами такое случалось. Он поднял голову и огляделся, лениво размышляя, не он ли избран для участия в этом поединке, возможно против самого Джаганната, — поединке, который, если Нейлхед победит, может восстановить некоторую часть того азарта и славы, что присутствовали ранее в его жизни. Но, окончательно проснувшись, он понял, что дверь его камеры так и осталась открытой, и не слышалось обычного гомона заключенных, возвращающихся в камеры для проверки.

Так что же происходит?

И тут у него за спиной раскрылась стенная панель.

— Нейлхед, — окликнули его.

Васко Нейлхед уставился на входящего в его камеру ногри. Это был Страбон, его заклятый враг, до недавнего времени подвизавшийся главой «Силы тяжести». Тем не менее в данный момент он стоял перед Нейлхедом с блеском ошеломленного недоверия во взгляде, словно сам до конца не мог поверить, что оказался здесь.

— В чем дело?! — зарычал Нейлхед.

Страбон не ответил. А затем Нейлхед увидел, что за спиной ногри толпятся другие заключенные «Короли костей» и «Силы тяжести», они стояли бок о бок. «Силы» вооружились своими веревочными дротиками и оружием для ближнего боя. «Короли» сжимали в руках кости, заостренные и дополненные металлическими наконечниками и вставками, — эти модификации вносили сами бандиты.

— Кто-то нас выпустил, — сообщил Страбон.

— Как?

— Трансформировал наши камеры. Открыл для нас задние стенки.

— Зачем?

— Понятия не имею. — Страбон пожал плечами. — Все, что я знаю, — здесь привыкаешь к переменам. Может, они не такие уж большие, но по крайней мере в этом есть смысл. Врубаешься, о чем я? Пока не явился этот краснокожий урод и не перевернул все...

— Ага. — Нейлхед обнаружил, что кивает.

— Вернуть те времена, когда мы были у власти.