Честное пионерское, или Что было потом

Так кончилась моя удивительная неделя. Да, всё, о чём я рассказал, произошло всего за семь дней больше года назад. Потом что было? . . Очень много было потом. Хомячка я вылечил. Он поправился и живет в красивом садке со стенками из металлической сетки, который я смастерил вместе с Вадиком Морковиным. Нам помог его папа.

Кроме хомячка у нас теперь есть ещё несколько грызунов. И вообще наш живой уголок разросся. Для него, как обещал Анатолий Анатольевич, отвели целый кабинет.

Учителя нам помогали. И теперь помогают. Дают читать книги. Даже чертежи, как делать клетки, я с ними вместе рисовал. По этим чертежам мы потом делали на уроках по труду жильё для наших питомцев. Ребятам так понравилось столярничать и плотничать, что мы стали просить учителя по труду разрешить нам оставаться в мастерской после уроков. Он разрешил.

Весь наш класс приняли в пионеры. Некоторые ребята хотели, чтобы я был председателем отряда. Но вожатый сказал, что лучше одно задание хорошо выполнять, чем несколько плохо. А у меня уже есть пионерское поручение — шефство над животными. Я стараюсь его выполнять хорошо. Председателем отряда выбрали Антошу Милеева.

Что ещё случилось?.. Вот что: я стал везучим. Говорят, что меньше стал задаваться. Правда, я и раньше думал, что не задавался. Но ребята перестали дразнить меня Веснухиным. Честно говоря я этому не совсем рад. Когда меня ребята не называют Веснухиным, мне чего-то не хватает. Я к своему прозвищу привык.

Да, чуть не забыл. Фотограф, который снимал меня с Кириллом Яковлевым, получил на какой-то выставке диплом с золотым ободком. Только не за эту фотографию, а за ту, где мы все сняты с намалёванными веснушками. Смешно! Но это так. Я не вру.

Нашу фотографию напечатали красками на обложке журнала. Мама вырезала её и повесила напротив моей кровати. Я, как просыпаюсь, всегда смотрю на неё.

Стал ли я сыном клоуна? Нет, не стал. Фильм про сына клоуна вообще ещё не начали делать. Но я артистом быть уже и не хочу. Один раз меня пробовали снимать. Мне не понравилось. Сидишь, сидишь, целый день на съёмочной площадке, чтобы один раз перед кинокамерой пробежать. Неинтересно. Куда интереснее фильмы в кинотеатрах смотреть. Особенно про животных!

А вот Лида... Кто бы мог подумать! .. Стала почти настоящей актрисой. Ей всё интересно. Она там готова целые дни сидеть. Она и сейчас на съёмках. Мне, конечно, без неё немного скучно. Но что же делать... Я хочу, чтобы она лучше всех сыграла.

В фильме, где она снимается, играет и Кирилл Фёдорович. Я уже говорил, что это не про сына клоуна, а другой фильм. Про что? Я бы рассказал, про что... Только недавно на пионерском сборе меня упрекали, что хвастаться я ещё не совсем разучился. А если правду сказать про фильм, то опять скажут, что я хвастун. Мне ужасно неприятно, когда меня так называют. Особенно, как подумаю, что про это Кирилл Яковлев может узнать.

Ой, я же совсем забыл рассказать про Кирилла Яковлева! После того, как я послал ему письмо, он несколько раз приезжал к нам. И не один. С режиссёром Николаем Ивановичем.

Они со всеми нашими ребятами перезнакомились. И с Анатолием Анатольевичем. И с моими родителями. И с бабушкой. Тогда-то и передумали ставить фильм про сына клоуна. А решили сначала снять другой. Какой? Если бы и захотел, всё равно мне не суметь так объяснить, как Кирилл Яковлев. Я от него только что письмо получил.

Вот оно:

«Мой верный друг Илья!

Когда мы с тобой расставались, я обещал написать тебе, как пойдут съёмки нашего фильма. Сообщаю, что над ним уже начали работать. Сейчас снимается сцена приёма юных героев в пионеры.

Когда я вижу, как она создаётся, то всё время вспоминаю, как ровно год назад принимали в пионеры вас, моих добрых друзей.