Шейн ласково смотрел на нее, казалось, ему доставлял удовольствие один ее вид.

- Если вы хотите мне поплакаться, то сейчас подходящий случай, а я хороший слушатель. Вы здесь совсем одна.

Внезапно ей захотелось расплакаться. Ей действительно нужен друг, но как рассказать Шейну о Джейсоне? О его недоверии, оскорблении, о том, что ее любовь втоптана в грязь?

- Я рада этому ребенку, - сказала она, и это была правда. Конечно, она немного испугана перспективой стать матерью-одиночкой, но все же благодарна Богу, что он послал ей ребенка. - Я ценю ваше внимание, и зачем вам взваливать на себя обузу, вроде возни с беременной женщиной?

- Сколько вам лет? - спросил он.

- Двадцать четыре.

Он глубоко вздохнул. Ему было столько же, когда забеременела Тами.

- А мне тридцать, - сказал он, вздохнув: трудно представить более неловкий разговор.

Его блестящий план помочь ей ни к чему не привел. Может, стоит поделиться с ней чем-то личным из своего прошлого? Возможно, это позволит ей тоже открыться?

Шейн, конечно же, не мог рассказать ей о Тами. Это было очень личным, и ему пришлось бы признаться в том, что жена посчитала его недостойным мужем и не спала бы с другим мужчиной, если бы Шейн удовлетворял ее. Он не хотел казаться слабым даже в глазах этой ненужной ему беременной девочки, и вдруг сказал:

- Я познакомился со своим отцом пять лет назад. Правда, странно?

- Пять лет назад? - Келли в изумлении уставилась на собеседника.

- Да, бывает и такое. - Он соображал, как рассказать эту историю и не очернить Тома в ее глазах. Его отец поступил в свое время недостойно, но это ни о чем не говорит. - У моих родителей был случайный роман, - начал он. Они познакомились в Оклахоме. Мой отец тогда учился в ветеринарном колледже в Стиллуотере. - Шейн видел, что Келли внимательно слушает его. Разумеется, они стали близки, и моя мать забеременела. Но не сказала об этом ни Тому, ни бабушке. Она боялась, что бабушка попытается найти его и заставить их пожениться.

- Похоже, ваша мама очень независимая женщина.

- Да. Она не верит в браки без любви, не одобряет людей, объединяющихся ради ребенка. А бабушка, наоборот, считала, что ради ребенка надо терпеть.

Келли посмотрела на него с интересом.

- И что было дальше?

- К тому времени, когда бабушка выследила моего отца, мне было почти год. А Том... ну.., он был уже женат. - Шейн знал, что называть отца по имени было странно, но Том слишком долго был для него незнакомцем, чтобы он мог называть его отцом. - И собирался стать отцом во второй раз. Тем не менее Том рассказал все своей жене и с ее согласия стал посылать матери деньги, но при этом дал обещание жене, что никаким другим образом не будет участвовать в моей жизни.

- И ваш отец согласился на это? - спросила она удрученно, думая об отце своего собственного ребенка: а способен ли он хотя бы на такой поступок? Потом ее мысли перекинулись на Шейна: как он относится к ней? Тут были возможны сотни вариантов, и ей не стоит доверяться ему.

- Том чувствовал вину передо мной, но он любил свою жену и будущего ребенка и не хотел ломать брак.

- А что же ваша мама?

- Она ценила его помощь, тем более что не рассчитывала на материальную поддержку. Но бабушка была против.

Шейну было лет семь, когда он узнал, что у него есть белый сводный брат. Он тогда возненавидел Тома и долгое время продолжал его ненавидеть всеми фибрами своего существа.

- Сейчас вы с отцом очень близки, как мне кажется, - заметила Келли. Он так заботится о вас.

- Том приехал повидать меня, когда мне было восемнадцать, но я велел ему убираться ко всем чертям, не желая иметь с ним ничего общего. Сейчас мне стыдно за свое поведение тогда, когда его жена и ребенок погибли в авиакатастрофе, - признался Шейн.

Но мать Шейна, добрая и сострадательная, простила Тома, предложив свою дружбу и сочувствие.