— Вы вниз посмотрите, — сказал Мойши.

Только теперь Ронин увидел, что днища у этих кораблей совершенно сухие, что они мчатся по морю, как бы летя над волнами. Однако при этом вода, как и положено, расходилась перед ними, а в кильватере оставалась белая пена.

— У вас, капитан, есть враги среди магов, — ровным голосом заметил Мойши. — Команде это не очень понравится.

— А это и необязательно, — отозвался Ронин. — Они должны просто сражаться, а нравится им или нет… это уже не моя проблема.

Он повернулся к штурману.

— А вы, Мойши? На чьей вы стороне?

— Как я уже говорил, капитан, я повидал немало диковинного. Пожалуй, не меньше вашего. Меня ничто уже не напугает. Ни на суше, ни на море.

Штурман хлопнул ладонью по поручню.

— У меня под ногами добрая посудина, пусть даже она не идет ни в какое сравнение с этими колдовскими кораблями. — Он пожал плечами. — Мне всю жизнь приходилось сражаться.

— Тогда мне не о чем волноваться. Распорядитесь, пусть первый помощник раздаст людям оружие и приготовится к абордажу.

— Есть, капитан. — Белые зубы по-волчьи блеснули. — Будет исполнено.

А я?

—  Ты спускайся вниз.

Но я тоже хочу сражаться.

Ронин посмотрел ей в глаза.

— Тогда возьмешь у боцмана меч.

Выбора нет. Остается принять бой.

Он посмотрел в сторону нагоняющих их кораблей.

— Нам от них не уйти. Мойши это понял сразу. Они хотят нас захватить.

Его правая рука машинально легла на рукоять меча, а пальцы левой — в перчатке из шкуры Маккона — сжались в кулак. Он почувствовал, как кровь забурлила в жилах, как его руки налились силой. Он глубоко вдохнул; насыщая организм кислородом, чтобы в предстоящей битве мышцы не уставали как можно дольше. Живший в нем воин уже рвался в бой.

— А я… — хрипло выдавил он, — …я хочу их уничтожить.

— Это корабли из другого времени, — заметил Мойши. В его голосе явственно слышалось восхищение тонкого знатока. — Я бы полжизни, наверное, отдал, лишь бы пройти на таком хоть разок.

Они уже различали движение на вражеских палубах. Сквозь брызги пенящихся волн, разбивающихся о черные корпуса, проглядывали отблески шлемов и коротких мечей. Это напоминало переливчатый блеск роящихся насекомых.

А еще они увидели, что управляли обсидиановыми кораблями вовсе не люди. У этих существ были широкие плечи без характерной покатости, бочкообразные торсы, неестественно тонкие талии и ноги со вздутыми бедрами и без икр. Их головы были посажены прямо на плечи при полном отсутствии шеи. Все — в высоких конической формы шлемах и темной броне.

Посмотри на их лица.

Ронин пригляделся. Выше носа их черепа практически не отличались от человеческих, но ниже… Ронина аж передернуло. Их черные ноздри уходили прямо в плоть, словно прорезанные смертоносным скальпелем, а еще ниже массивная кость выдавалась вперед тонким рылом, что наводило на мысль о том, будто их всех при рождении роняли и потом долго били затылком о пол. Глаза — не овальные, как у людей, а круглые, как у хищных птиц, — напоминали блестящие обсидиановые бусинки. А когда корабли подошли еще ближе, Ронин разглядел, что высокие шлемы были на самом деле не головными уборами воинов, а сверкающим оперением, покрывающим головы этих странных существ от макушки до середины спины.

Ронин оглядел палубу «Киоку».