«Змея в человеческом обличии».

Эта формулировка наиболее точно характеризовала Утанию, которая, играя словами, практически прямо сказала Реолу: «Мы не отстанем и добьёмся своего!». И судя по тому, что Реол ничего им не ответил в своей привычной манере, договариваться ведьмы умели очень хорошо.

— У кого-то ещё есть, что сказать? — осведомился глава.

— Уже не стоит попусту сотрясать воздух, — сварливо заметил дроу, который сидел через два места от Элванара. — Если он и выживет каким-то чудом после поединка с Реолом, суд Дж'Имасро — будет последнее, что он увидит.

— Услышано, — глава движением ладони заставил погаснуть все до единой сферы. — Именем Дж'Имасро, объявляю волю Совета. Пришлого, носящего имя Мегавайт, признать виновным в умышленном убийстве и подвергнуть суду Дж'Имасро в случае его победы в поединке Стали и Тени, который состоится незамедлительно. На этом, заседание объявляю закрытым.

Когда советники, один за одним начали покидать зал, я всё ещё продолжал находиться под действием дебафа.

— Ты совершил огромную ошибку, — с сожалением произнёс подошедший Элванар. — Промедлив с просьбой о суде Дж'Имасро, ты дал возможность стребовать с тебя долг крови Реолу.

— Прорвёмся, — хмуро ответил я. — Что такое этот ваш суд Стали и Тени?

— В поединке нельзя использовать магию в любых её проявлениях, — «обрадовал» меня советник. — Только честная сталь и собственное мастерство.

— Это всё?

— А тебе мало? — изумился Элванар. — Каждый воин Ордена с десяти лет черпает мудрость у теней предков, кровью и потом постигая умение войны. А Реолу больше двухсот лет. У тебя нет шансов, «пришлый», — покачал головой Элванар. — Жаль, что так получилось.

— Ну это мы ещё посмотрим, — как можно увереннее сказал я, хотя после таких новостей уверенность таяла, словно дым.

— Хочешь совет? — уже отходя от меня, Элванар посмотрел на Лиэль, которая продолжала стоять с отрешённым лицом. — Перед поединком… Убей её или отдай ведьмам. Если она попадёт к Реолу, девушка тысячу раз тебя проклянёт за то, что ты не подарил ей лёгкой смерти.

Когда зал опустел, остались только глава Совета и ведьмы, которые с любопытством рассматривали девушку.

— Ты самый странный из всех «пришлых», которых я встречала, — задумчиво произнесла Утания. — И самый безрассудный.

— А вы самая опасная из всех ведьм, из всех, кого мне доводилось видеть, — не остался в долгу я.

— Вот как? — прищурилась Утания. — И где же ты успел так хорошо с нами познакомиться?

— Это неважно, — улыбнулся я. — Важно то, что мы с вами больше не увидимся, уважаемая Утания.

— А ведь ты не собираешься умирать, пришлый? — задумалась ведьма, взглянув на меня по-другому. — В тебе нет страха и обречённости.

— Я этого и не говорил.

— Хорошо. Тем интересней будет наша следующая встреча, — хмыкнула ведьма. — И что-то мне подсказывает, что она состоится очень скоро, — развернувшись, ведьма направилась к выходу, более не удостоив меня вниманием.

— Может снимете «Оцепенение»? — обратился я к главе Совета, когда мы остались одни. — Убегать я никуда не собираюсь.