Иногда подобные печати называли Пентаклями или Оберегами.

Эту Печать… именно так, с большой буквы… ему подсказала богиня Тиамат, доверив нанести точно такую же на камни внутреннего двора Сердца Хаоса. Одну из многих.

Последний шанс.

Именно так она её назвала, когда Ньютон с дрожащими руками тогда подтвердил согласие на изучение эпической Печати Сторожевого Заслона.

Ему уже не обязательно нужно было помнить все хаотичные линии. Он просто знал! Знал, под каким углом нужно повернуть жало жезла, знал, сколько подать «маны», чтобы призрачный луч прочертил борозду нужной глубины… Знал, где именно нужно исправить, чтобы это величайшее творение Рунных Мастеров работало, как должно.

Достаточно было влить достаточное количество «маны» в создание, и начертательный жезл начал жить своей жизнью. Плясать, повинуясь небрежным жестам Мастера.

Достаточно лишь было направлять, следя за тем, чтобы на пути обжигающего луча не было ничего лишнего. Ничего, что могло помешать свободному бегу.

Достаточно было следить за тем, чтобы тонкий ручеёк «маны» лился непрерывно, не прекращаясь.

Всего три «достаточно», но боги, как же это было сложно…

Получасом ранее, когда интерфейс ракшаса обрушился от приходящих системных сообщений, он поначалу не понял, что происходит. Почему Фатима, у которой был заявлен первый уровень, вдруг вытянулась, прибавив лет пять, а в интерфейсе стал отображаться десятый уровень.

Только Ньютон захотел разобраться, в чём, собственно, дело, последовал ещё один «приход», прибавивший девушке ещё пяток «левлов».

«Твою мать, — с ужасом подумал ракшас, наблюдая за метаморфозами Фатимы, которая из нескладного ребёнка начинала превращаться во вполне зрелую девушку. — Так я удочерил её или женился?».

С каждым новым уровнем, который «прилетал», Фатима преобразовывалась. Хапнув уже двадцать первый, она и не думала останавливаться…

Опыт продолжал прибывать полноводной рекой, а ошалевший от происходящего ракшас, наконец, сообразил, «откуда дует ветер», поняв, что он до сих пор находится в составе отряда.

«Ох у них там, видимо, жарко».

Мысленно пожелав ребятам удачи, он перевёл взгляд на Фатиму, которая сейчас ничем не отличалась от обычной человеческой студентки девятнадцати лет от роду.

Ничем, кроме чёрных провалов глаз, удлинившихся клыков, трупных пятен и настолько сексуального голоса, что ракшас несколько раз был вынужден хлопнуть себя по щекам, чтобы сбросить это демоново наваждение.

— Ты мне можешь помочь, Фатима? — поинтересовался он, старательно отводя глаза от волнительных окружностей девушки.

«Млять, Серёжа, очнись! Это твой „пет“. Это „нежить“! Соберись!».

Тряхнув в который раз головой, он повторил вопрос.

— Чем я могу помочь своему господину. Я могу… — проворковала девушка, а Ньютон поймал себя на мысли, что сейчас вожмёт «логаут» и «разбирайтесь здесь все лошадкой, которая конь», сил его больше нет.

— Стоп! — решительно прервал красотку-нежить ракшас. — Ты можешь менять облики?

— Что? — растерялась Фатима.

— Говорю, можешь превратиться в ту девочку, которой была несколько минут назад?

— Да, — немного растерянно произнесла она. — Но…

— Никаких «но». Колдуй давай назад нахер! — взмахнул рукой Ньютон.

Несколько секунд трансформации, и перед ним снова возникла давешняя девочка четырёх лет от роду.