Когда первую бутыль тут же сменила вторая, мне оставалось только тяжело вздохнуть, понимая, что этот бедлам мне точно не остановить.

От несвоевременных возлияний отказались только я, Пандорра и Олес, с неодобрением посматривающая на Свэйна. Даже Димон с Яхилем, которых я подозревал в наличии хоть какой-то выдержки, поддались пагубному обаянию Утрамбовщика, и сейчас преспокойно распивали горячительное пойло, абсолютно наплевав на окружающую обстановку.

— Я вот сейчас смотрю на всё это… И мне кажется, что я сплю, — Олес раздражённо отбросила травинку, которую до этого держала в руках. — Было-было, но такого я ещё не видела. Нажраться в «данже». Капец!

И я был с ней полностью согласен, поскольку набирающая обороты вакханалия уже мало походила на отряд хоть какого-то сопротивления, становясь больше похожей на загородный выезд цыган. Вот только медведя и балалайки пока не было, но зная таланты отдельных индивидуумов, я понимал: «скоро всё будет и сейчас наши зажгут по полной».

Если верить словам Хассарага, товарищи из «Милитари», которые нам совсем не товарищи, должны быть здесь в течении часа, если их удача позволит разобраться со всеми врагами вовремя. Как по мне: я им от всей души желал увязнуть где-то на этапе Валморта с его дымовыми завесами, который, оказывается, живее всех живых, постоянно воскресая из-за временных зон после каждого развоплощения.

Когда ступеньки Оплота вздрогнули подо мной, я сначала не понял, откуда поступает вибрация. Не было здесь такого.

Ослепительный луч, рванувшийся в небо совпал с оглушительным раскатом грома, моментально отрезвивший остальную часть отряда. Создалось впечатление, что кто-то огромный поднял всё Старое Кладбище и что есть сил грохнул оземь, с целью расколоть, а потом устроил такое зарево на полнеба, что даже на Нижнем плане стало тошно самому последнему бесу.

Когда до нас докатилась волна взрыва, все уже были на ногах, с возрастающим изумлением наблюдая огромный гриб бушующей ослепительно-белой субстанции, жгутами рассекающей ночное небо. Грохнув по барабанным перепонкам, ударная волна вмиг разметала жёлтые листья на единственной дороге, ведущей к Оплоту, мягко ударила в грудь и оставила, как напоминание, противный звон в ушах.

Ещё из уроков допризывной подготовки я помнил, что во время взрыва, нужно закрыть руками уши и открыть рот, чтобы не поймать «контузию», но в данный момент совершать какие-то телодвижения было уже поздно.

— Это какого хрена сейчас было? — взъерошенная Олес ошалело переводила взгляд то на меня, то на Пандорру. — Это… это…

И снова я был с ней согласен, так как ужасающей мощности непонятный взрыв находился примерно в том месте, где, если верить карте, сейчас находился наш Ньютон. И судя по продолжающей гореть метке, наш блохастый друг каким-то непостижимым образом умудрился выжить.