Я уже говорил, какие ощущения испытывает дроу с раздробленными кистями?

Так вот, процесс восстановления был не лучше. Не было никакого божественного сияния, когда повреждённую область окутывает серебристое облако, происходит магия и ты: хоп — и здоров.

Отныне хруст костей — мой самый нелюбимый звук. Возвращаясь к первоначальному положению, мои суставы восстанавливались, осколки раздробленных костей становились на своё законно место, а выросшие, будто на дрожжах, опухоли рассасывались прямо на глазах. При этом пальцы жили своей жизнью, изгибаясь под самыми причудливыми углами.

Гадство проклятое, ну неужели нельзя было придумать то же самое снадобье, только с обезболивающим?

— Всё? — сухо поинтересовался вампир. — Пришёл в себя? — заметив, что я открываю рот, чтобы высказать этому клыкастому идиоту всё, что думаю о его методах, он примиряюще произнёс: — Иного способа их снять — не существует. Разве, что — отрубить кисти.

Заготовленная речь застряла в горле. Старый садист был прав — ампутации я бы обрадовался ещё меньше. Но предупредить же можно было?

— Всё, что ты думаешь, можешь высказать мне потом, — отрезал вампир. — А сейчас быстро открывай портал в Сердце Хаоса, пока сюда не нагрянули ловчие. Мы и так задержались здесь непозволительно долго. Поговорим уже там.

— Ловчие?

— Подруги твои рогатые. Или ты думаешь, что с этой гадостью, — он указал на браслеты, валяющиеся неподалёку, — ты бы смог скрыться?

Перед тем, как переместиться с Хассарагом в нашу крепость, я подхватил их с земли и забросил в инвентарь, на что старый вампир едва заметно поморщился. Да и пусть! Зато я уже знаю, что мне с ними надлежит сделать!

Через несколько секунд нас встретила вечная прохлада главного зала Сердца Хаоса и обеспокоенный Ньютон, бессистемно расхаживающий перед статуей Тиамат и что-то себе бормочущий под нос.

Судя по активной жестикуляции, парень умудрился найти интересного собеседника в своём же лице и сейчас вдохновенно с ним спорил. Чем мне нравился этот парень, так это своим неординарным подходом к любым задачам. И что самое интересное: ни одна из его задумок никогда не сработала вхолостую. Но странное поведение этого «безумного ученого», признаться, иногда пугало.

При виде нас он просиял.

— Ну наконец-то, — с облегчением выдохнул ракшас. — Я уж думал, что ты не появишься. Что делать будем?

— Так, стоп! — я недоумённо переглянулся с вампиром. — А давай-как ты сейчас с чувством, с толком и с расстановкой пояснишь мне, какого демона вообще происходит?

— В смысле, что происходит? — возмутился Ньютон, смешно встопорщив шерсть на загривке. — Ты вообще сообщения читаешь? Я же тебе написал всё. Ну как вообще можно игнорировать такие вещи? Это несерьёзно, Белый!

Не обращая внимания на продолжающиеся стенания ракшаса, я открыл сообщения. Беглого взгляда хватило, чтобы понять: передышки мне не видать, как собственных ушей без отражения, но критичного пока ничего ещё не произошло. Но обязательно произойдёт, если не принять мер.

— Ну, в принципе, мы еще успеваем, — прикинув, сколько времени прошло с момента отправки первого сообщения. По всем расчётам, у нас в запасе, как минимум, еще часа три.

Не знаю, чем закончился «замес» на плато, но даже с учётом воскрешения союзников в пятнадцать минут, скоро все «сокланы» соберутся здесь. Вот только сегодня мне нужны будут далеко не все.

— По прибытию, всех наших жду в кабинете. Ньютон, будь добр, сделай рассылку нашим, — распорядился я, направляясь к лестнице, ведущей на второй ярус крепости.