— Твою же мать! — ахнул я, и было от чего.

Трактир в данный момент напоминал антикварную лавку, в которую слон не только «ворвался с ноги», но и умудрился надругаться над питейным заведением, использовав его в качестве спортзала для прыжков на батуте.

В зале не было ни единого нормально стоящего стола.

Они были или сломанными, или перевёрнутыми. Часть столов вообще оказалась в дальнем конце зала, будто небрежно сметённая огромной лапой. Та же участь постигла и лавки.

На дальней стене, где раньше было целое окно, отчётливо виднелось огромное подпаленное пятно, будто кто-то вчера баловался огнемётом.

— И кто бы мне объяснил, что здесь произошло, — продолжая держаться за голову руками, просипел я снова пересохшим горлом. Только же пил!

— Знаешь, когда ты в следующий раз предложишь полмиллиона золотых, чтобы вот так надругаться над моим заведением… — от раздавшегося голоса Ставра я непроизвольно дёрнулся, испугавшись.

Рука зацепила кувшин со стола, который через мгновение разлетелся осколками, встретившись с полом трактира.

— Ты меня заикой так оставишь, — возмутился я. — Разве так можно?

— Это шестой! — печально вздохнул трактирщик. — Шестой кувшин за неполные сутки.

— Стоп, — дошло до меня. — Повтори, что ты сейчас сказал?

— Шестой кувшин, говорю угробили!

— Да в жопу к демонам твой кувшин. Ты о деньгах говорил.

— Только не говори, что ты не помнишь, — изумился Ставр.

— Не тяни за яйца «рибуса», — вскипел я. — Какие пятьсот тысяч?

— Те, которые ты мне вчера выплатил, чтобы я не закрывал заведение, пока вы не закончите это самый… — он нахмурил лоб, вспоминая, а я навсегда попрощался с пятью сотнями тысяч. — Как же ты вчера сказал, погоди… Бундер… Барме… Вспомнил! Пока вы не закончите командно-штабные учения клана по выработке навыков борьбы против превосходящих сил «бандерлогов».

— Сука! — я почувствовал, как на моей голове зашевелились волосы. — Каких ещё к хренам «бандерлогов»?

— Ну этот ваш новый так сказал. Кастет, — Ставр пожал плечами. — Ты всем вчера объявил, вскарабкавшись на вот этот самый стол, что он твой дядя и «херни не скажет», поэтому его вчера никто бить и не стал. Хотя вот не понимаю, как у дроу может быть дядей каменный тролль.

Зашибись новости! Бить не стали, они. Интересно, что же такого смог учудил Кастет, что ему вчера захотели набить рожу?

— Как что? — изумился Ставр, когда я озвучил вопрос. — Так он же первый кувшин и разбил!

— Об кого? — прикрыв глаза, я наконец то начал понимать. — Случайно разбил, или…?

— Так об кузнеца нашего, — Ставр заливисто заржал. — Конечно не случайно! Если бы случайно, то он бы не спросил перед этим на весь трактир: а кто это у нас жбан такой отожрал, что даже в темноте не промахнёшься?

— Господи! — прошептал я. — Какой ужас. Надеюсь, что он не попал.

— Попал! — забил очередной гвоздь трактирщик в крышку гроба клана. — Знаешь, как тот разозлился? Он же ему точнёхонько в лоб зарядил. Метко! Молодец! Кузнец аж ногами сверкнул, — он вздохнул. — Но ей богу, лучше б они «стрыгу» под хвост с гномом поцеловали — было бы безопаснее.