— Тебе-то это зачем? — вздохнул я, понимая, что Соломон всё-таки решится напасть.

Это чувствовалось даже по его осанке. Да и глаза выдавали. Он весьма нервничал, хотя всеми силами старался этого не показывать.

А ещё он только что серьёзно прокололся, поскольку мои «кураторы» не могли отдать команду оспорить титул Первожреца. Это противоречило моему возвышению, значительно его замедляя, если вовсе не отменяя. Следовательно, Соломон работал совершенно на других людей.

«Вызов Стража».

Бросив короткий взгляд на Пса Хаоса я в полной мере ощутил его готовность повиноваться любой моей мысленной команде. Одна моя негативная эмоция, и он сорвется в бой.

Я не знаю, как именно распределяется божественная сила внутри Фракции, но после присоединения Гарконской пустоши к Хаосу, охранники «Сердца Хаоса» значительно подросли, подняв не только свои характеристики, но и немного сменив внешний вид на более грозный и внушительный.

Стражи подросли в холке, немного прибавили веса, стали намного быстрее.

Они и до этого момента не производили впечатления мирных существ, с которым бы хотелось поиграться, а сейчас и подавно.

Источая клубы первозданной Мглы, Стражи на несколько мгновений могли раствориться в окружающем пространстве, чтобы через мгновение возникнуть в другом, словно не имея чёткого и окончательного воплощения. И они стали чудовищно быстры.

С точки использования их как средства атаки или защиты — они были идеальны. Материализуясь только тогда, когда это нужно было им, Стражи полностью игнорировали физический урон, превращаясь в два сотканных клуба Мглы, в изначальном мраке которой выделялись лишь светящиеся багровым глаза.

— Каждый всегда ищет место, где ему будет лучше, — произнёс Соломон. — Ты тоже не исключение.

— Ну вот зачем тебе эти проблемы? — вздохнул я.

— Ну, по правде сказать, ты бы тоже попробовал, согласен? — по-доброму улыбнулся он. — Титул Первожреца — это весьма серьезно, чтобы не сделать попытки им завладеть.

— Понятно, — произнёс я, мысленно командуя псу быть в полной боевой готовности.

У меня тоже уже было всё готово. Поэтому внезапный рывок вампира не стал для меня такой неожиданностью.

Размазавшись в воздухе, Соломон оказался на том месте, где только что стоял я. Вот только я уже давно не был тем наивным пацаном который пришел в мир «Даяны». За моей спиной были сотни поединков, большинство из которых я завершил победой, так что простой «рывок», хоть из завязанный на расовые способности вампира, не стал для меня тем, на что, рассчитывал вампир.

Плохое было то, что вампир смог меня удивить другим. Он продемонстрировал владение Магией Крови. Вот только в руках у него были не «Плети Крови», как в случае с Боевыми ведьмами, а два багровых клинка, похожие на мои, за исключением того, что у меня более длинный клинок был сделан под левую руку, а у Соломона наоборот.

В самый последний момент я успел отшатнуться, и пылающий кровавым огнем кончик лезвия лишь бессильно мелькнул перед глазами. После этого мне пришлось полностью сосредоточиться на схватке.

Я отскакивал, контратаковал, но мне не удавалось никак зацепить слишком вёрткого вампира.

Бой велся без применения каких-либо магических подлостей, что мне было не совсем понятно. Создалось такое впечатление, что Соломон просто старался проверить, на что я вообще способен, и как себя поведу, при этом придерживая всё самое мощное на потом.

Я же, в свою очередь, не расслаблялся, понимая, что на кону стоит слишком многое, чтобы сейчас делать видимость честной игры или играть в благородство.