— Есть, — отозвался боец, сразу направляясь куда-то дальше по коридору.

— Мы тоже в деле, — я сразу вмешался, говоря и за себя, и за группу Сапога.

— Куда? Сергей, без шуток, ты калека, езжай домой, решай вопрос с цыгами, а со своими залетчиками мы сами справимся, — почти вежливо, отшил меня дознаватель.

— Ага, и бабу положите, к херам собачьим, — усмехнулся Федя. — Твои пацаны часто в здания штурмом заходили? Нам вот довелось, бандитов выбивать по окраинам. Так что не жмись, десять стволов лишними не будут.

— Время, блять, тикает, — напомнил я, вскипая от злости. — Пока вы тут голандское рукопожатие моряков устраиваете, Миланку ебут и орава каких-то уебанов стройным маршем пиздует к моей хате. Орлы блять, Федя, дай автомат, щас блять дед покажет как надо пидорасов под шконку загонять.

— Старый, ты че раздухарился-то? — удивился Сапог. — Тебя кто так покусал?

— Никто блять, я дома три дня побыл, потом как хуй вытащили и в рукомойник сунули. Федя, нахуй, я не шучу. Видит Бог, почти не матерюсь, но, сука, вывели из себя деда…

— Сергей, спокойнее, — строго произнес каратель. — Допустим. Вы с Сапогом едете первыми, но учтите, группа Змея мне нужна живыми, для показательной казни. Ясно?

— Постараемся, — усмехнулся Федька. — Обещать ничего не могу. У них заложник, действовать будем жестко, травматов или черемухи у нас нет…

На том и порешили. Я прыгнул в машину к воякерам и мы дружно помчались по горячим следам, правда нам все же всучили Шахматиста. Как я понял, это какой-то младший офицер у них, который то ли за связь с вояками отвечает, то ли еще за что, но знали его все присутствующие кроме меня. Да и как на зло, этот черт не снимал маску. Хотя чего я там не видел… Наверняка подистощенная рожа, от отсутствия нормальной жратвы и несоизмеримой нагрузки на организм. Циничный взгляд и ухмылка, мол, расступитесь щенки, я здесь говно повидал. Не люблю я такой типаж. Такие ребята быстро втераются в доверие к военным, потому что у них куча общих тем, а уж если за бутылкой чего покрепче… Прям таки особист внутрянки. Втерся, поболтал, а потом слил кому надо. Крыса, одним словом.

— Слышь, Шахматист, а с чего такая погремуха интересная? — решил уточнить я. Будучи на взводе, в голове даже мысли были сугубо матерные, не мудрено, что моя речь превратилась в некое подобие быдлячего наезда. Это не специально, просто профессиональная деформация. Каждый военный немножечко гопник, особенно бывший.

— Все просто, — усмехнулся каратель. — Я в спецуре служил, когда получил ранение, ушел в более мирное русло, шахматами стал заниматься. До войны у меня целый детский шахматный клуб был при доме молодежи. Оттуда и прикрепилось. Так-то, штурмовик из меня так себе, ну право, куда я хромой такой попрусь?

Он постучал себя по правому колену.

— Восемь штифтов, коленную чашечку полностью протезировали, ногу чудом спасли. С пулемета очередью рубанули на антитерроре, так все что ниже колена чисто на коже висело, — чуть поморщился Шахматист. Хороший он актер. Хромоты я у него не заметил, по крайней мере такой, чтоб за нее прям глаз зацепился. Как и ожидалось, уже на фоне ранения пытается в доверие втереться. Хитрый гад.

— Ну, главное, чтоб стрелять мог, — я попытался улыбнуться, но вышел злорадный оскал. Ох, что-то подплющивает меня. Хрен пойми от чего так. Ярость вскипает, не добрая такая ярость. Видать отходняк еще ловлю от своих брожений. Адреналин пошаливает.

Оборотней нагнали быстро. Доехать до стройки они не успели, заметили погоню, а потому решили свернуть к какому-то спорткомплексу.