— Зяб, — негромко позвал я, привлекая внимание товарища, пока торгаш перекрикивался с земляком. — Готовься, ща нас будут гопать…

Глава 18. Правила рынка

Юрка словно только этого и ждал. Сунув руки под куртку, он тихо скинул оружие с предохранителя, готовясь встречать угрозу шквальным огнем. Правда, Кедр это такой специфичный пистолет-пулемет, что как говорят ирландцы «спрей анд прей», то есть «распыляй и молись». Точность аховая, эргономика отсутствует в принципе, уж про то, как эта мразота клинит, и говорить не приходится. Конструкции уже пятьдесят с лишним лет, десятки модернизаций, а один фиг, кусок дерьма для стычек на короткой дистанции.

У меня для подобных случаев был аргумент поинтереснее. Не подавая виду, я левой рукой вытянул гранату из подсумка. Что в армии, что на зоне, что в стычках, покажи, что ты бешенная собака, готовая умереть, но забрать противника с собою в могилу, и от тебя отстанут.

А тем временем торгаши закончили перекрикиваться и видимо позвали дружков. К нам с зябок подступило с пяток мужиков в возрасте от двадцати, до сорока лет. Все, как на зло, с пистолетами.

— Покажи оплату, — усмехнулся торговец огнестрелом, легонько барабаня по крышке кейса. — Сначала оплата, потом товар.

— Так подойдет? — я показал подошедшим зажатую в кулаке РГО, с которой уже сорвал предохранительную чеку. — Только лови быстрее, а то я стар уже, ручки у меня слабые, могу и выронить…

Ласково улыбнувшись, отогнул два пальца, удерживая активную чеку и прижимая ее лишь мизинцем и безымянным. Улыбка исчезла с лица торговца и он что-то закричал на своем родном, практически на весь рынок. Не ожидали ребята, что безобидные с виду старики могут дать хоть какой-то отпор, а то и правда. Выглядим как бомжи, но при этом заявляем, что имеем патроны и консервашку. Сейчас и за гораздо меньшее готовы убить.

— Что за шум, а драки нет? — к нам быстро подскочил еще один лавочник, видимо первый отозвавшийся на крик барыги. — О, какие люди и без охраны!

Он удивленно уставился на Зябу. Юрка, видимо вспомнив что это за кадр, недовольно поморщился. Я пока так и остался стоять с гранатой в руке, не понимая, что происходит. По логике, сейчас должны были начаться либо замес, либо активные дебаты с применением русского народного мата, вперемешку с горными ругательствами. Вот только вместо этого, пятерка подошедших «братков» в миг потерялась при виде лавочника, а что один, что второй, сыны гор, заткнулись.

Парнишка лет двадцати пяти, в потасканных штанах от горки, причем еще первых образцов, какой-то кожаной куртке и что удивительно, резиновых сапогах. Прям писк моды апокалипсис две тысячи пятьдесят. Меня больше удивило, что этот крендель своими сапогами умудрился пройтись по какому-то дерьму, поскольку они почти по самое горло были заляпаны грязищей и нечистотами. Да и пахло от него скверно.

— Фарт, какие люди, — натянуто улыбнулся Зябликов, протягивая молодому руку. Тот не менее наигранно улыбнулся, пожимая ее. — Сколько лет, сколько зим… Давно откинулся?

— Да года три уж как, — ехидно усмехнулся парень и повернулся ко мне. — Что, Зяба, представишь мне своего нового напарника? Или это твой пахан? Сам-то как?

— А, знакомься, это Сергей Ефимович, он же Старый, очень уважаемый в военных кругах человек, — негромко проговорил Юра, но ближайшие торговцы на нас посмотрели и всеми силами постарались сделать вид, что и не собирались гопать двух дедов. — Старый, это Ванька Фарт, контрабандист от Бога! Достанет даже то, о чем ты никогда не слыхал.