— Не знаю, честно, Старый, это все спизжено из запасов Престнякова, — тяжко вздохнул тот. — Вот, видишь? Даже в таких мелочах он хорошо подготовился. Словно реально кого-то ждет…

— Ну и что? Сапог, мы с тобою колонну приняли, а тут что, не сможем принять на своей земле еще гостей? Хотя, пускай приедут, а там поглядим, что за демоны… Ты лишний раз не размышляй о таком, а то мало ли, тебя тоже срисуют как Ритку, за дезертирство и переманивание кадров. Подумают еще, что опозицию создаешь, — хмыкнув, поднялся из-за стола. — Впрочем, мы с тобою и есть, опозиционеры, разве что год не семнадцатый… А в остальном все сходится. На фоне мировой войны, развязываем тут свою маленькую гражданку. Ты Махно, а я Бруссилов, хе….

Глава 27. Ночной переход

Накинул конечно Сапог говна на вентилятор и ведь с некоторыми его домыслами я действительно мог согласиться. Однако это все пока что откладывалось в долгий ящик.

— Зяб, помнишь, в Армении война была? Ну, вернее Ары с Азерами закусились, когда Азеры еще коридор под себя забрали? — издалека начал я, пока мы с товарищем шли до нарковарщиков, или как их прозвали местны, до Хайзов.

— Третья Карабахская? Ну допустим. Ты ж в ней участвовал, на стороне миротворческого корпуса, вас тогда еще ввели при первых же пограничных стычках, чтоб этот, как город-то называется… Горис не захватили, во, ток вы в другом месте дорогу держали, — согласился Юрка. — Село такое еще странное.

— Ну да, между Сисианом и Ишханасаром, держали дорогу на постах, — уточнил я и задумчиво почесал бороду. — Стычках, хе… Какие там нахер стычки, если Азеры за одну ночь тогда девять постов взяли, выбив армях нахер с высот и эти черти укрываясь за нашими спинами пытались отстреляться по горам.

— Да правда чтоль? — удивился Зяба. — А я то думаю, че ты их так не любишь, аж готов морды им бить.

— Угу, эти пидорасы свои грады выкатили в полукилометре позади нас и давай хуярить по горе. Азеры их грады с байрактара пизданули, так эти черти притащили две гаубицы и еще сутки вели контрбатарейный огонь. То армяхи два-три залпа дадут, то по ним два-три прилетит. Так и перекидывались через горы и наши головы. А потом наш командир уж не стерпел, с группой огневого прикрытия выехал к армяхам и пояснил им, что либо они уебывают за пределы трехкилометрового радиуса от нашего поста, либо по ним случайно прилетит пара мин с наших восьмидесяток, — усмехнувшись, я оглянулся на товарища. Тому было в общем-то плевать на мои истории. Он их и так ни раз слышал за рюмахой вечно горящей. — Так я это к чему. Глава Армении тогда к нашему обратился, мол, выручайте, разрулите, хотя по факту той еще проамериканской подстилкой являлся. В Ереване народ постоянно митинги устраивал, потому что люди были на нашей стороне, а этот… нехороший человек, все норовил заменить нас натовцами.

— И? — все еще не понимал Юрец.

— Все просто, определенный местный босс, подлизывается к кому-то извне, попутно все локальные конфликты решая силами союзников, — я тщательно всматривался в лицо товарища, но тот так и не осознал. Мда, умные мысли преследовали его, но он был быстрее. — Зяба блять, я к тому, что походу Престняков играет в закрытую и что настанет время и сюда заявятся ребята с серьезными пушками, а это капитанешка им дорожку и постелит, так что надо быстрее разбираться с нашим вопросом и укрепляться. Проникать и интегрироваться в общество так, чтобы без нас оно не могло существовать.