— Понятно, — согласился Федька. — А что на счет Престнякова?

— Пока пусто, — спокойно пожал плечами. — Я к нему так и не пробился, да и не до этого было. Ладно, засиделся я тут, а ты даже чаем старика не угостишь, так что пойду-ка до дому.

— Иди-иди, Старый, — хмыкнул вояка. — Если что еще узнаешь, заглядывай.

— Обязательно, бывай, — распрощавшись с товарищем, направился на улицу.

Дождь не щадя никого, лил, словно мы не в средних широтах, а где-то в тропиках. Еще и противный такой, холодный и мелкий, больше похожий на мелкую дисперсию, словно кто-то поставил распылитель на шланг. Из-за этого, сильно упала видимость и быстро начал образовываться туман. По своему даже красиво. В сероватой дымке, под барабанящие звуки дождя, развалины зданий выглядели внушительно.

Некогда величественные пятиэтажки, местами были снесены под корень. Пускай здесь и присутствовал широкий разброс по степени поврежденности, все равно город казался брошенным. Хотя, кое где еще горели огоньки, едва заметные сквозь туман и ливень.

«Зайти чтоль погреться,» мелькнула мысль, но тут же была прогнана прочь. Кто в такое время будет рад приютить у костерка старика, да еще и вооруженного? Сейчас ведь у многих все еще идет процесс адаптации под суровые условия выживания. Кто-то, по дурости еще пытался жить запасами того, что своровал в первые дни. Кто-то уже приспособился и занимался так называемым «выживаловом», ловя зверей, обнося то, что не вынесли другие и шастая по квартирам. Ну а кто-то уже приспособился и влился в новый социум. И черт его знаешь, кому сейчас комфортнее и у кого свобод больше, ведь тотальный крах управляющих систем не срывает с людей рамки. Их не откидывает сразу в тринадцатый век, просто потому что у всех уже сформировались новые рамки морали и норм. Изменилось поведение и отношение к окружающему их миру. Да и знания тоже изменились. Банально, мало кто дома держит запас резиновых сапог. Не красивых сапожек на «пройтись до работы и переодеться», а полноценных, добротных таких, чтобы вот так, под дождем, да километра четыре отмахать.

С четырьмя километрами я загнул. Старость берет свое, да и раненая нога еще отдается болью, так что прохромав до ближайшей не разрушенной автобусной остановки, решил присесть на лавочку. Хотя и это не уберегло от дождя. Не потому что ливень косой. Нет, просто крышу остановки побило осколками, от прилетов ракет по городу, когда тот утюжили в первые дни конфликта. И ведь теперь некому это все восстанавливать. Рушить-то легко. Нажал на кнопочку, командным голосом проорал «Огонь!» и все. Куча тротила улетела, и все срать хотели, как потом будет жить мирняк на перепаханной земле. Хорошо хоть не распылили мины. Еще не хватало, чтобы мы тут с щупами и миноискателями ходили, опасаясь нарваться на противопехотки или те же «лепестки», которые использовали ранее.