— Ну разделили нас, ну и что? — переспросив, налил еще себе в кружку. Никаких бокалов и манерного вдыхания. Для нас с этим старым прапором, вино сродни соку, только с приятным послевкусием.

— А и то, смотри сам, — старшина начал загибать пальцы. — Первая группа это Вокзальные, там от вояк одно название и парочка штабистов и тыловиков, но зато там сидят каратели и штафники. Вторая группа это Братва, те что под Сазоном ходят, к ним сейчас еще варщики из аптеки подбились с Крысом во главе. Третья группа это Заводские, куда мои пацаны вписались под знамена Федьки Сапога. Четвертая группа это Казаки у храма. Сидят и никого не трогают, но и к ним никто не лезет. Пятая группа это Киргизы. Их сейчас конечно проредило нехило, после их замесов с ктулхуистами, но они держатся, вон, таджиков и цыган к себе вербуют. Цыги, шестые, как сидели на ТЦ, так и сидят. Хотя по моим прикидкам, жратва там кончилась уже. Их же там роты две сидит, не меньше. Но видать котловое наладили, черти. А сколько по городу мелких ячеек по типу твоей, я и считать не хочу. Те же гаражники. Считай общиной как у тебя живут. Со всеми благами, я тут к ним ходил на днях и знаешь что? И бабы у них есть, и оружие, и охрана. Причем баб побольше. Не, я не с претензией, Миланка любую ихнюю швабру за пояс заткнет, но как факт. Что не один ты такой умный. Так вот, разделили нас на мелкие группы и сидим мы тут как на пороховой бочке. А по поселкам народ дружный. Вон, как в Южном, там мужики все как брат за брата и поселок держат общими силами.

— Ты, это, жопу-то с пальцем не сравнивай. Да? Сколько там в Южном народу-то жило? Полторы тыщи. А у нас тут жило тыщ восемьдесят. Из которых уцелело тысяч десять, потому что город несколько суток с землей ровняли. Выжили те, кто по подвалам отсиделся, а сейчас после зимы, так и еще меньше выживет, — отмахнулся я, отпивая из кружки. — Да и вообще, если уж нас так лихо разделили, то кому это надо?

— Как кому? Противнику! — Возмутился Попов, машинально повторяя за мной и осушая кружку с тяжким вздохом. — Война так-то нихера не закончилась. Да еще и местные бесы. Я ж везде гуляю, разные слухи пособирал. Так вот, зэков тут по краям было достаточно. Пересылы и прочая байда. Уж я не ФСИНовец, я не разбираюсь в этом дерьме. Но как факт, что по округе вполне может шароебиться как противник, так и различные братки, помимо тех, что уже выявлены. И стоит нам в городе закуситься, тут же вспыхнет такой факел, что никто в сторонке не отсидится. Да даже твоя хатка, окажется потенциальным объектом спора и дележа. Потому как ты сейчас по факту под Киргизами ходишь. А вот захерачат они пару казаков по случайке? Казаки ж, народ гордый, кровью за кровь спросят. Придут к тебе и снесут к ебаной матери верхушку, где Асланка со своими ребятами сидит.

— Не, языком почесать, ты, прапор, мастак, — усмехнулся и разлил еще. — Да только, что делать-то?

— Да вот, есть у меня одна идейка, — ухмыльнулся старшина и достал из нагрудного кармана сложенную туристическую карту. Уж где он такую редкость достал, понятия не имею, но на ней уже имелись схематично отмеченные объекты.