Когда возникла нужда в профессионалах, за каждым начали практически охотиться. Так что для Зябликова не стало удивлением то, что уже через минут пятнадцать к воротам поселка подъехал армейский уазик, из которого выпрыгнул Федька Сапог, вместе с компанией вооруженных бойцов. Ополчением их было уже нельзя назвать, но и на военное подразделение ребята не были похожи. Нечто среднее между партизанами и боевыми бомжами. Вроде как камуфляж у всех одинаковый, повязки какие-то опознавательные, разгрузы, шлема, автоматы. Но не вояки это, нет армейской выдержки и какой-то поджатости. Ведут себя по-граждански, слишком вольно и оружие держат, словно вышли с пневматики по банкам пострелять, а не на войне находятся.

— Зяба, там Ефимыч чуть с ума не сошел! — довольно усмехнулся Федя, подходя к старику и обнимая его. — Емае, ты где пропадал вообще? Мы из-за тебя всю учебку прошерстили, а о тебе ни слуху, ни духу!

— Рано радуешься, Сапог, — дежурный, стоящий рядом, нахмурился и кивнул в сторону дороги, где уже во всю мчался небольшой кортеж из трех машин. Катафалк и пара пикапов, переделанных в гантраки. — Ваш Зяба походу бегляш с Котельни. А это, ловчие пожаловали.

— Котельник? — нахмурился вояка и быстро распорядился об организации обороны.

Подъехавших ловцов встречало не менее шести стволов, направленных в их сторону. Так что пикапы свернули с дороги, уходя в лесопосадку, где резво развернулись, готовясь уходить. В ответ на ребят Сапога уставилась пара пулеметов Калашникова и пара охотничьих ружей. Катафалк выехал дальше по дороге и затормозил буквально в паре десятков метров от стоящего перед въездом в поселок Федором.

Из машины вышли двое. Пожилой мужчина в рабочей одежде и крепкий парень, в армейской форме с погонами старшего лейтенанта. Сапог напрягся, понимая, что разговор будет не из приятных. С военными всегда сложно разговаривать, поскольку они сами у себя на уме и уперты как бараны. Вот есть у них задача и все тут. Выполняют, без отступления в сторону. Поскольку за выполнение задачи не в соответствии с предписаниями, их по головке не погладят, и плевать, что задача была выполнена качественно и в срок. Дурость армии, выбивающая напрочь из голов все критическое мышление и оставляющая лишь прямое следование указам.

— День добрый, господа, — усмехнулся Федька, держа руки на поясе, рядом с открытой кобурой на боку.

— Всех господ в семнадцатом перестреляли, — буркнул в ответ старик. — Я так понимаю, ты городской и имеешь виды на нашего инженера? А иначе чего б он сюды убег?

— Видать не от хорошей жизни сбежал, — спокойно ответил Сапог, довольно ухмыльнувшись. — Вы хоть имя этого инженера знаете? А я вам скажу.