Конечно, есть в этом какая-то сермяжная правда. Будь у меня собственная котельная, я бы так не нервничал, право слово. Но мне от этого теплее не стало.

А куда подевались маги, умеющие кипятить воду? Вон, помню же, как матушка Павла Кутафьина, моего реципиента в здешней реальности, умела довести воду в кружке до ста градусов? И что, других магов нет? Если вытащить мага, посадить его в подвале Зимнего дворца, чтобы кипятил воду, то это обойдется дороже, нежели покупка двух тонн угля, требующихся на обогрев дворца ежедневно. Откуда взялась именно цифра в две тонны, не помню, но что-то такое и было.

Коменданта пока увольнять не стану, но свое императорское неудовольствие выражу ему обязательно. А там, если не возьмется за ум, отправлю в завхозы в какой-нибудь детский приют. Или вообще, пойдет в отставку без пенсиона. По закону такого нельзя, но я стою выше законов. Я абсолютный монарх, или где? Отменю, нахрен, персонально для коменданта. Вон, какую харю отъел, погоны полковника носит, а своего государя теплом обеспечить не может.

Ещё немного поизображав самодура, плюхнулся в кресло.

Фух. Выговорился, вроде стало легче. Градоначальника пока вешать не стану, но место для виселицы следует приготовить. Где бы выбрать? Правильно, все на той же Сенатской, рядом с памятником великому предку. Тот все поймет. И подданные меня сразу поймут и начнут уважать ещё больше.

— Ваше величество, к вам опять географы просятся на прием по поводу земли Санникова, — встретил меня в приемной мой секретарь. Он молодец. Тоже мерзнет, но марку держит. Отчего-то парень сегодня косит левым глазом. Странно, но такого раньше не было. Ах, так у него же «свежая» звездочка на погонах. А я — то и не заметил. И производство подпоручика в поручики пропустил, да и не могу я вникать в каждую ерунду. Стоп, а что там с землей Санникова?

— Поздравляю поручиком, — как можно радушнее сказал я, а когда секретарь расцвел и принялся одаривать меня ответными любезностями, спросил: — А что там с землей Санникова? Я отчего-то не помню, чтобы кто-то просился на прием?

— Виноват, ваше величество, — смутился поручик. — Я хотел сказать, что представители Русского географического общества просили аудиенцию у покойного государя, но неправильно сформулировал свой вопрос. Всё дело в том, что наши географы просили выделить средства на экспедицию, но государь им отказал. Они очень хотели встретиться лично, чтобы убедить Николая Александровича в важности их проекта.

Ясно. Опять должна сработать преемственность власти, а все распоряжения и обещания, данные прежним государем, автоматически переходят на нынешнего. Это вам не Америка, где на голубом глазу заявляют, что: «Нынешнее правительство не несет ответственности за действия прежней администрации». А у нас несет. Впрочем, это правильно. А иначе получится, как в моей истории, когда госчиновники заявляют инвалиду Афганской войны — мол, я вас туда не посылал.

А ещё я с огромным уважением отношусь к РГО. Единственная общественная организация, в которой я состоял в той своей жизни. Правда, не знаю, зачем состоял, но членский билет имею (то есть, имел) и регулярно отвечал на вопросы различных опросов, вроде — когда у вас зацветает черемуха, или — замечаете ли вы перелеты птиц?

— Что ж, если покойный государь обещал, придется принять, — вздохнул я, предвкушая не самый легкий разговор.