— Не соглашусь, — нахмурился Курзин, мрачно оглядывающий свою подругу.

— Тебе не нравится? — спросила моего тренера журналистка и показала ему язык: — Не будь ханжой! У меня много образов и сюда пришла после одного мероприятия, где такой прикид ни у кого подозрений не вызывал.

— Прости, но это вульгарно, — отвёл взгляд Александр Николаевич.

— Есть небольшой перебор, — согласился я с ним и съел-таки предложенную пешку.

— Зато решила кое-какой эксперимент провести, — потянувшись, объявила Жанна.

При этом её полы пиджака разошлись, и я увидел, что блузка под определённым углом прозрачная. В пупке у журналистки пирсинг, а лифчик состоит из кружев.

— Что ты задумала? — уточнил Курзин, который не удержался и глазами пожирает свою подругу.

— Задумала написать статью, название примерно такое: «Влияние отвлекающих факторов на поведение спортсменов!»

— Требуется уточнить вид спорта, — хмыкнул я. — Боюсь, если заявишься в таком виде к борцам или футболистам, да ещё пару па сделаешь, то тебя придётся с боем от озабоченных мужиков отбивать.

— Поэтому-то, — девушка подняла указательный палец вверх, — и выбрала интеллигентный вид спорта, где у всех имеются мозги, а не две извилины.

— Сомневаюсь, что при твоём феерическом появлении, кто-то сумеет разумно мыслить, если к такому не привык, — парировал я.

— Но вы-то спокойно держитесь, — разочарованно ответила Жанна.

Александр Николаевич промолчал, он сделал свой ход на доске и теперь его замысел стал понятен. Красивая комбинация, ладейный прорыв, грозящий разгромить мою защиту.

— Мы привыкли, — усмехнулся Курзин. — Или забыла, что происходит, когда устраиваются турниры по магическим шахматам? Не тебя ли мы с одного такого приёма вывезли?

— Был шанс одним глазком взглянуть, да струсила, — признала журналистка и указала пальцем в грудь Александра Николаевича: — Саша, в это полностью твоя вина! Запугал девушку, а сам небось на неё глаз положил! Угадала?

— Ты на грани провала находилась, — буркнул тот. — Что бы случилось, узнай организаторы кто ты такая?

— Кстати, а что ей грозило? — поинтересовался я. — Убивать-то за это вряд ли стали.

— Ну, штраф могли выписать, а то и на пару месяцев посадить. Проникновение с неопределёнными мотивами — это довольно серьёзное преступление. Обвинителям раздолье, способны такие небылицы придумать, а вот адвокатам тяжело защищать, — задумчиво произнёс Курзин и двинул-таки ладью вперёд.

— А что, если с Жанной Алексеевной мне заключить контракт? — задумчиво произнёс я. — Пусть будет моей ответственной секретаршей и помощницей, тогда её с собой могли бы брать на различные турниры. Ну, за её, разумеется, счёт.

— С ума сошёл? — возмутился Александр Николаевич.

— Это ты мне предлагаешь быть на побегушках? — нахмурилась Жанна, а потом добавила: — Ещё за это сомнительное удовольствие платить из своего кармана⁈

— Временно, пока не запустим специализированный журнал, — пояснил я. — Разумеется, доходы поделим в определённых пропорциях, но это когда добьюсь признания и выиграю достаточно турниров.

— А если не сможешь? — с сомнением спросила девушка.

— Если только палки в колёса чиновники не сунут, — задумчиво ответил мой тренер, размышляя, как ответить на один очень удачный мой ход.

— Я подумаю, — ответила журналистка, уронила ручку и изящно нагнулась, привлекая внимание Курзина.

Тренер не дрогнул, вторую ладью в атаку двинул. Похоже, эту партию мне не спасти, знал же, что пешку он не просто так отдавал.