Достигнув Лунной Богини, луч окутал её сиянием, очень похожим на то, что возникло вокруг сэра Викберта. Свет, исходивший от луны, изменил свой спектр с голубого на алый, окрасил землю под собой в багровые тона. Богиня некоторое время никак не реагировала на происходящее, словно ничего не замечала. Затем резко дёрнулась, её рот распахнулся в беззвучном крики, в глазах отразился запредельный, невыразимый ужас. По телу богини пробежала дрожь, весло выскользнуло из ослабевших пальцев и без всплеска погрузилось в звёздную пучину.

Лунная небожительница вывалилась из ладьи и вспыхнула столь ярким огнём, что в нём полностью исчезли очертания её тела. Остался лишь сгусток пламени, застывший посреди небосвода, словно новое слонце.

Луна, как известно, крепко связанна с оккультной и тёмной магией. Когда она набирает полную силу, многие люди, чувствительные к потустороннему, ощущают странное давление. Сейчас всех присутствующих накрыло похожее ощущение близкого присутствия чего-то потустороннего, усиленное раз в сто.

Удивительным образом отреагировали на происходящее "странные" тени. Все, они, казалось, пристально смотрели на пытающее нечто в небосводе, словно отличено видели его. Наконец, одна из теней, оторвавшись от земли и наплевав на законы физики и логики, устремилась прямо к алому зареву. А следом за ней – и все остальные.

Со стороны это выглядело невероятно жутко. Целый сонм теней образовали над поверхностью графства Могильяк огромную стаю, стремящуюся к алому "солнцу". С земли к ней постоянно присоединялись новые члены.

– Да... да! – образованно шептала Сколопендрия, глядя на творящуюся фантасмагорию во все глаза. – Получается!

"Солнце" начало стремительно расти и за короткий срок заполнило собой почти весь небосвод. Пламя по его бокам осталось столь же ярким, а вот в центре истончилось, превратившись в полупрозрачную плёнку. Её поверхность бурлила, вздымалась и опускалась, словно нечто с той стороны стремилось прорваться через тонкую преграду...

Но внезапно яркое сияние померкло. Алый огонь начал уменьшатся, а свет ослабевать. Казалось, даже у столько могучего артефакта как корона Могильяков не хватит силы совершить то, что задумал его владелец. Воздействовать на ткань материи-пространства-реальности – это всё-таки высочайший уровень магии. У Сергея даже не секунду возникла слабая надежда, что в этот раз пронесёт...

Не пронесло. Да, у Короны не хватало сил разорвать ткань пространства-времени, но... ей кто-то помог. С другой стороны.

Плёнка в центре резко натянулась и её пронзила насквозь... Сергею сначала показалось, что эта огромная гора размером, как минимум с Эверест. Но потом он понял, что это был коготь – такой огромный, что одним лишь кончиком мог вдавить замок Могильяк в землю и оставить от него лишь ровную площадку. Следом за когтем показалась и рука – буро-зелёная, с кучей сочащихся гноем наростов, похожих на бородавки. Её пухлые пальцы напоминали гусениц с телами из отдельных сегментов. Несколько зеленоватых капель гноя сорвались с руки и упали на землю Могильяка, разлившись по ней огромными зловонными озерами.

Прорвав плёнку, исполинская рука двинулась было дальше, словно хотела ухватить весь жалкий человеческий мирок и встряхнуть его хорошенько, но что-то её остановило. По краям когтей возник яркой белый свет, словно от сварки, чудовищные пальцы замерли, словно натолкнулись на невидимую преграду. Казалось, само мироздание не хотело впускать подобное существо – слишком оно оказалось велико и могущественно, и бытие не могло принять его. Законы, в рамках которых существовало подобное создание, значительно отличались от обычных физических.

Неохотно исполинская рука убралась восвояси, исчезнув в алых всполохах. Однако, где не пролез большой монстр – проскользнёт тварь помельче. Первые "Странные" тени, наконец, достигли багрового сияния и одна за другой принялись нырять в багровый огонь.