Ва’Кар успевает контратаковать. Он призывает огромный смерч, состоящий из чистой энергии разрушения. Закручиваясь под куполом, он срывает всё, что не закреплено — золу, застывшие куски магмы, остатки дёрна, обломки метеоров.

Эти колоссальные силы сталкиваются в пространстве между двумя Новами. Двумя титанами…

Гремит взрыв, от которого земля за пределами площадки для дуэли бежит сеткой трещин. Воздух колеблется от мощи двух стихий. Горгона и Ва’Кар отлетают на десятки метров, врезаясь в стену купола. Ударная волна сметает всё вокруг с силой тараня барьер. Если бы не он, разметала бы и нас.

Горгона с трудом поднимается. Её доспехи искорёжены, из многочисленных глубоких ран сочится алая кровь. Обгоревшая половина тела только-только начинает принимать нормальный вид. И всё же в её глазах по-прежнему горит неукротимый огонь.

Ва’Кар тоже легко не отделался. Его броня усеяна вмятинами и сквозными дырами. Зелёная кровь стремительно бежит по доспехам. Маска разбита, обнажив израненное лицо. Я жду чего-то уникального, скрытого этой личиной, но под ней самая обычная покалеченная физиономия. Возможно, это просто обычай кселари, что-то вроде религии или табу.

Ненависть придаёт ему силы.

Бездушный с хлопком бьёт ладонями по земле, выпуская вперёд аркану широким конусом и создавая землетрясение. Трещины бегут по поверхности, обнажая бездонные пропасти. Бегут прямо к Горгоне!

— Аккуратно! — кричу я во всю глотку.

Она теряет равновесие и падает вниз.

Это вижу я, видит и Ва’Кар. Он довольно скалится, не сразу замечая, что в стороне от него возникает Стрелок Гилеада.

Она вновь использовала тот рывок в виде сияющего сгустка света. Я же его видел. В воспоминаниях отпечаталось чётко. Такое ощущение, что оно почему-то было заблокировано на несколько секунд. Если это тоже умение, то весьма каверзное.

Ты буквально проворачиваешь что-то под носом у противника, а он смотрит на это и не замечает.

Пока враг преждевременно упивается радостью, Арианнель опустошает в него барабаны обоих револьверов. Их синхронный гул наполняет меня радостью. Кселари реагирует в последний момент, активируя что-то из своего арсенала. Рядом с ним воплощается воздушная сфера, чьи ударные волны отводят плазму в сторону. Та лишь слегка чиркает пришельца, прижигая его тело.

Оппонент собирает аркану для очередного удара. Воздух вокруг него вибрирует, когда титан выбрасывает руки вперёд.

Гигантский поток чистой разрушительной мощи несётся к Горгоне, оставляя за собой траншею столь глубокую, что в ней может поместится микроавтобус.

Впрочем, Горгона готова. Вновь перед ней сгущается воздух, принимая форму огромного многогранного щита. Энергетический поток Ва’Кара бьётся о барьер и на мгновение застывает, не в силах пробить эту преграду. Щит начинает дрожать и идёт трещинами под напором колоссальной мощи.

Арианнель скрипит зубами, вкладывая всю свою аркану в стабилизацию этого барьера. Он выдерживает, но Стрелок едва стоит на ногах после таких затрат.

Все понимают — ещё один такой удар, и ей конец. Нужно срочно перехватывать инициативу.

Собрав остатки сил, Горгона рвётся вперёд. Прямо к врагу. Тот поливает её дальнобойными атаками, но она молниеносно преодолевает разделяющее их расстояние сияющим огоньком.