Тай вскрывает одной рукой банку пива, что ещё больше переводит ситуацию в какой-то фарс.

— Да я… — Тиколош задыхается от ярости. — Я вас!.. Пошли во-о-он отсюда!

— Не ори так, дедуль. Сердце же прихватит, а у меня нитроглицерина с собой нет. Есть, правда, иное лекарство, — и я стреляю глазами в направлении кобуры, — но оно принимается интракраниально. Хватит всего одной дозы.

— Как-как? — с любопытством уточняет амиш.

— Через мозг, — сухо отвечает Ребекка.

— Откуда слов-то таких набрался? — с уважением косится на меня Мэтт.

— Книжки читаю, и тебе рекомендую.

Пока мы вяло переругиваемся, фигуру Бакари охватывает тёмная дымка. Морщинистое лицо искажает гримаса ярости.

— Ты уверен, что хочешь разыграть эту карту? — глядя в глаза старику, спрашиваю я. — Если да, что мне передать твоим родным?

Осквернитель буравит меня тяжёлым взглядом. Его пальцы подрагивают, как от спазмов, но старый лис понимает — ещё одно движение, и прольётся кровь. Учитывая, что меня сопровождает три Кваза, рейтингом не уступающие африканцу, а его собственные едва перевалили за семь сотен, исход очевиден. Уверен, он ещё и налогами обложил их по самое горло, в результате чего, лидер шустро развивается, а остальные стагнируют.

Я едва заметно усмехаюсь:

— Думаю, тебе лучше уйти. Пока только один из нас потерял лицо.

Глава Золотых Львов явно бесится от собственного бессилия.

— Проклятье… — шипит он. — Забирай свою дохлятину, недоносок! Но мы ещё поговорим!

Старик презрительно сплёвывает и делает знак своим людям бросить тело монстра. Те неохотно подчиняются, кидая в меня угрюмые взгляды.

— Я всегда открыт для разговора. Спроси любого.

Машу им рукой на прощание.

Бакари что-то цедит себе под нос и выходит из лаборатории. Его люди плетутся следом, таращась исподлобья. Я постукиваю пальцами по рукояти револьвера, готовый при малейшей угрозе обратить этих гиен в бегство.

Наконец все покидают помещение. Ситуация исчерпана, но внутри меня до сих пор тлеет уголёк презрения. Падальщики они и есть, а вовсе не львы. Грязные стервятники, попытавшиеся стянуть чужое. Ничему их жизнь не учит…

Я бы предпочёл пристрелить Бакари сейчас и навсегда закрыть этот вопрос, но он всё ещё лидер одного из влиятельнейших кланов планеты. Его убийство на Саммите вызовет политический скандал и поставит меня в невыгодное положение в глазах других фракций.

Более того, все мы подписали договор о ненападении и гарантиях безопасности остальным участникам. Это соглашение контролируется Сопряжением. За нарушением последуют серьёзные санкции.

Придётся сдержать свой пыл и найти иные способы наказать упыря. Тем более, у меня есть куда более важные дела сейчас. Однако рано или поздно мне представится шанс, и я его не упущу.

Шустрый осмотр баэзида приносит свои плоды.

Содержит:

Способность «Обсидиановые шипы».

Требует: Мощность (B), Стойкость (B), Интеллект (B), Резонанс (B), Интенсивность (B)

Активная

Расходует: 1 500 (150) единиц арканы

Ступень: B

Шанс отторжения: 37%

С помощью арканы вы создаёте на собственном теле обсидиановые шипы и стреляете ими на расстояние до 20-и метров.