— Ты так напряжён в последнее время, — ласково шепчет Изабелла. — Из-за предстоящего саммита?

— Нет ничего, с чем я не могу справиться, — уходит в глухую оборону Видар, и в его голосе проскальзывает раздражение.

— Я и не подразумевала обратного, милый. У нас всё получится. Драконы в смятении. Львы слишком далеко. У нас есть все шансы стать той силой, которая сплотит вокруг себя все цивилизованные страны.

— Драконы… — скрипит зубами Гарм. — Этот молокосос пришёл в чужой клан, вырезал их верхушку и ушёл без единой потери. Егерь то, Егерь сё… Тьфу. Тошнит уже от его имени. Он убил нашего офицера, и за это я вырву его сердце голыми руками. Ваши жизни принадлежат мне, и никакая падаль не смеет их обрывать!

К концу монолога мужчина замечает проступающую на своей коже алую чешую и усилием воли подавляет трансформацию.

— Не без потерь, — аккуратно поправляет его девушка. — Он лишился одного из своих офицеров. Это и стало причиной конфликта. Так говорят выжившие Драконы. В любом случае, я понимаю твои чувства, милый. Но я знаю, что ты не станешь устраивать драку прямо на саммите. Это может повредить нашим интересам. А ты никогда не идёшь на поводу у своих эмоций.

Гарм отрывисто кивает. «Ещё бы».

Изабелла пробегается ногтями по его мускулистой груди и продолжает:

— Там будут все важные персоны. Это отличный шанс укрепить позиции нашего клана, завязать нужные знакомства. Не стоит всё портить. Потерпи немного. Сейчас главное — сохранять спокойствие и рассудительность.

Видар переводит на собеседницу предостерегающий взгляд. Его зрачки наливаются багрянцем, заставляя девушку замолкнуть.

— Не нужно говорить со мной, как с ребёнком или дегенератом.

— Я бы не посмела, дорогой, — опускает взгляд Медичи. — Ты наш вожак. Как скажешь, так и будет. Хочешь его сердце? Давай вырвем его вместе!

— Не сейчас, — со вздохом откидывается на изголовье кровати Гарм. — Я не мешаю дела с удовольствием. Вначале мы возьмём своё, потом он умрёт.

— Мудрое решение, мой альфа, — мурлыкает девушка. — Кстати, ты не забыл про отряд Винченцо? — вкрадчиво спрашивает она.

Гарм хмурится.

— Винченцо? — с угрозой переспрашивает он, и это почти похоже на ревность.

— У него такая идиотская кличка, — пожимает плечами Изабелла. — Ты обещал присмотреть за их тренировками. Сам же знаешь, нам нужны сильные бойцы.

— Хм, точно, — бурчит Гарм, — что-то такое было. Завтра проверю, как продвигается их подготовка.

— Хорошо. А то в прошлый раз ты пренебрёг ими, занятый другими делами. А щенкам нужно уделять внимание, иначе они вырастут недисциплинированными псами и забудут хозяйскую руку.

Пальцы Видара смыкаются на шее Медичи, заставляя её жалобно вскрикнуть.

— Да, стоит всегда помнить, — размеренно произносит он, — прикосновение хозяйской руки. Собака умнее хвоста, и потому виляет им. Было бы странно, если бы хвост начал вилять собакой. Тебе так не кажется?

На лице итальянки, лишённой кислорода, возникает пунцовый румянец и паника.