— Где мои вещи? — я повторяю вопрос.

— Я убрала всё в ваше кольцо, — она кивает на Экстрамерное хранилище, до сих пор сидящее на моём пальце.

Быстрый осмотр подтверждает, что ничего не пропало.

— Спасибо за заботу. Как со снабжением в лазарете? Всего хватает?

— Да. Управляющая позаботилась, чтобы нам предоставляли все необходимые лекарства и диагностирующее оборудование.

— Отлично. Я побегу. Дела зовут.

— До свидания!

На ходу отправляю сообщения всем своим друзьям и основным действующим лицам клана. Уведомляю их, что я в порядке, ничего страшного не стряслось. Когда проснутся, тогда и прочитают.

А сам быстрым шагом добредаю до Телепортариума и прыгаю обратно во Фритаун. Я уверен, что Ваалис до сих пор не спит, так и оказывается. Он занимает кабинет на втором этаже командного центра.

Снаружи его двери дежурит Драгана, которая при виде меня облегчённо вздыхает и сразу же недовольно поджимает губы. Причина проста, хоть и парадоксальна. Девушку выводит из себя тот факт, что моё самочувствие имеет для неё хоть какое-либо значение. Типичный дроккальфар женского пола плывёт по жизни, наплевав на всех, в особенности на мужчин. Это расходный материал, чьё единственное предназначение жить и умереть за свою госпожу. Подобная информация о её сородичах всплыла во время наших прошлых бесед.

Поэтому то, что при моём появлении её сердечко начинает биться чаще, злит Драгану до невозможности. Это настолько же забавно, сколь и мило.

— Ты жив, землянин, — с напускным безразличием констатирует она.

— О, прямо ностальгия нахлынула. Напоминает о нашем знакомстве. Ты не называла меня так уже несколько недель. Давай в следующий раз ты скажешь это в постели? Я буду коварным Новой-совратителем с Земли, а ты невинным Квазом с Увриксиара. Что скажешь? — на моём лице расползается широкая улыбка.

— Трепло! — фыркает дрокк. — Я рада, что ты в порядке, — еле слышно добавляет она.

Ускорившись, целую её в шею, попутно прикусив мочку уха, и стремительно захожу в кабинет. Из-за двери доносится сдавленная ругань.

— Очнулся, — произносит вместо приветствия Осьминожка и откладывает Трансивер.

— Ага, новая способность оказалась с сюрпризом. Зато благодаря ей я разобрался в сути происходящего. И когда нам должны были сообщить цель второго этапа?

— По достижении двадцати одного процента, — невозмутимо отвечает пришелец.

— Понятно. Кому-то вообще это удавалось выполнить?

— Второй этап — это… важнейший период, — медленно роняет Ваалис. — Во многом определяющий дальнейший путь цивилизации. Очень многие планеты не могут справиться даже с первым, а до второго добираются лишь избранные. Большинство из них навсегда застревает на этом рубеже. Его преодолевают единицы.

Я задумчиво киваю, осознав масштабы проблемы.

— Мясорубка, придуманная чьим-то больным разумом.

— Я видел это в нескольких мирах, — согласно кивает Осьминожка, — и зачастую всё заканчивалось плачевно. — Это опасное время, полное жестокости и предательства. Мой клан, тогда ещё Восходящие Пульсары, столкнулся с этим на одной планете.