— Но он давно в отставке. Официально нас к нему не привязать…

— А никому и не нужно официально! — Георг подскочил к Болдуину и теперь кричал ему в лицо. — Германии для войны вообще повод не нужен, а теперь вы так ловко втянули Россию на стороне нашего старого врага, что и им не отвертеться.

— Сир, наш флот, практически достиг довоенного уровня, и готов противостоять любым флотам. Сильнее Гранд Флит сейчас ничего нет.

— Пролагаете отсидеться на острове? А торговля?

— Переведём в европейские филиалы, возложим подвоз продуктов на нейтралов. Вряд ли немцы будут топить продуктовые транспорты. А нам нужно продержаться несколько месяцев, до ввода в строй линкоров серии Эдинбург. Три линкора которые сейчас достраивают на верфях в Портсмуте утопят Германский флот словно пустое корыто.

— Из-за вас, мы попали в войну не на наших условиях, а в какой-то дурацкой спешке, и скачке. Идите, и исправляйте всё что напортили.

Глава 18

Самая главная задача нашего мира в том, чтобы отделить решаемые проблемы от тех которые решить невозможно, затем решить первые, и не беспокоиться о вторых.

Никола Тесла, Инструкция к жизни.

Покушение на императоров Германии и России, только на первый взгляд кажется эпизодом в борьбе за власть в этих двух странах. И Россия, и Германия, во многом определяют климат на Евроазиатском пространстве от Лиссабона до Пекина, и эхо выстрелов которые отважно принял на себя молодой русский генерал, ещё потрясут весь мир. Не нужно думать, что выходку британцев, оставят без последствий. Союз Германии и России, следует полить кровью для закрепления, и дряхлая Британская империя очень подходит для показательной порки.

Нойе Цюрхер Цайтунг, Цюрих, 5 апреля 1926 года.

Вновь, из мрачных глубин Тартарии, населённой дикими племенами, показался ужасающий оскал ненависти ко всему передовому и культурному, тому что олицетворяет саму цивилизацию, а именно Британской империи. Варварское уничтожение мирных кораблей, посёлков и гражданского населения с помощью беспощадного и жестокого оружия, вот визитная карточка русских, которую они с гордостью демонстрируют всему миру. И сейчас, каждый человек проичисляющий себя к христианской цивилизации должен себя спросить: «Как остановить русскую чуму? Как уничтожить голодные орды, готовые захлестнуть наши мирные пашни и дома? Как загнать этот ужас обратно в самую глубокую пещеру, и обвалить вход, чтобы не осталось и воспоминаний о русских чудовищах?»

Нью-Йорк Таймс, 7 апреля 1926 года

Российская империя, Москва.

Николая разбудила боль. Она словно раскалённым штопором вкручивалась в грудь, медленно и неторопливо проникая всё глубже, пока прохладная сухая ладонь не легла ему на лоб. От этого боль словно испуганная птица метнулась в сторону, забилась запульсировала и истаяла, кольнув куда-то под сердце напоследок.

Когда он открыл глаза у его постели сидел личный лекарь императрицы Тасьи Фанг Ляо, и скупо улыбнулся.

— Сесе сешунг Фанг.

— Я рад что могу помочь молодому воину, презревшему смерть. — Лекарь, вздохнул. — Вы, молодые так беспечны, и совсем не цените жизнь.

Николай представил себе, что случилось бы в случае смерти Сергия и Вильгельма. Или одного из них.

— Если бы я отошёл в сторону… нет, лучше бы я умер.

— Ты всё сделал правильно. — Лекарь снова улыбнулся. — Но можно же немного поворчать старику?

— Сильно меня? — Спросил Николай то, что сейчас его беспокоило больше всего.

— Удивительно но нет. — Ляо чем-то позвенел на столике и поднёс к глазам Николая искорёженный орден Хатимана.