Каменев не стал спорить, он снова повторил свое сообщение:

    – Говорит капитан Каменев, идентификация по голосу! Мы с Рудольфом забаррикадировались в рубке «шершня», приказываю атаковать! Все корабли, кроме шершня и корвета, подлежат уничтожению!

    – Ладимир, это как-то глупо выглядит, – сказал Менкес. – Даже если это твои люди, они тебя не услышат. Ты наверняка уже попробовал и знаешь, а это – защищенный низкочастотный канал. Сканер примет сигал, ко не сумеет обработать. Тут нужно прямое подключение к бортовому компьютеру, вряд ли у тебя есть связисты с вживленными шунтами и прямым подключением.

    – Связистов нет, – подтвердил Лад.

    – Ну, вот видишь… – сказал капитан «Эсмеральды», и Ладимир представил, как тот разводит руками.

    Каменев смотрел, как на голограмме, знакомо, словно он сидел сейчас не в захваченной рубке, а на занятиях в Академии, «марафонец» выбирает угол для атаки наземных целей, и заулыбался:

    – Зато есть нейроштурман.

    Последовала пауза. Видимо до Менкеса не сразу дошло, что Каменев вовсе не блефует.

    – Темные звезды! Тревога! Экстренный взлет…

    Следующих слов Лад не слышал, потому что Мигель оборвал связь. Но вместо этого до него донеслись раскаты первых взрывов. Палуба под ногами заходила ходуном. Сработала система тревожного оповещения, завыли сирены, сообщая, что корабль подвергся нападению. Голограмма сканирующей системы показывала «марафонца», выпускающего ракеты по беззащитным кораблям, на взлетном поле.

    Рудольф и Лад напряженно следили за полетом «марафонца» на голограмме. Къюг тоже не сводил глаз с изображения, его толстые губы шевелились, произнося ругательства – эскадра пирата уничтожалась буквально на его глазах.

    Пловец сделал несколько заходов, взрывы следовали один за другим и не прекращались несколько минут, «шершень» дрожал всем корпусом, словно был живым и переживал гибель своих собратьев.

    – Красавец! – комментировал Феникс, восхищаясь мастерством нейроштурмана. Даже на голограмме было видно, как ловко управлялся с «марафонцем» Пловец.

    Потом он отвел корабль чуть дальше, чем требовалось для разворота, и пошел еще на один заход.

    – Десант выбросил, – уверенно сказал Рудольф.

    – Твари… поганые ублюдки… я уничтожу вас всех… всех! – бормотал Къюг.

    Ладимир знаком показал, чтобы Феникс вырубил пирата, что тот и сделал коротким ударом приклада.

    Каменев на всякий случай проверил путы, потом сказал штурмовику:

    – Как только начнется стрельба, нападем. Зажмем их с двух сторон.

    – Согласен, – кивнул Рудольф.

    Ладимир вооружился «пылевиком», Феникс открыл панель замка и колдовал с электроникой, когда все было готово, он кивнул, показывая, что может открыть дверь в любой момент.

    Они приготовились, напряженно вслушиваясь, но все равно пропустили момент, когда началась перестрелка. Только когда в коридоре за дверью взорвалась граната, они поняли, что пора действовать.

    Рудольф запустил команду на открытие, а Ладимир присел с «пылевиком», направив ствол в открывшийся проем.

    Сразу в нескольких метрах впереди, прячась в технологических нишах, спинами к ним, отстреливались люди Къюга.