— И это еще не все. Потом Юра и мне помог выбраться, — сказал Антон Моисеевич. — Я сам из окна веранды тоже бы не выпрыгнул.

Ромка отступил назад и убрал кроссовку за спину Значит, Юра герой, а не преступник? А кто ж тогда учинил пожар, если не он, не Жанна, которую он вытащил из постели, и не инвалид Даня? Может быть, это и в самом деле были пробравшиеся в сад неизвестные хулиганы, которых вчера вечером поносила одна из Асиных соседок? Или Жанна сумела вернуться в горящую комнату и притвориться спящей? А что, очень может быть.

— Будешь кофе? — спросила Ася.

— Давай! Только я сначала помою руки.

Ромка отнес кроссовку в Юрину комнату, а по дороге назад вдруг вспомнил о том, как Артем ему сказал, что кто-то вчера вечером заходил к нему в кладовку и что-то там брал. Интересно, что?

Ромка открыл дверь в кладовую и огляделся. На одной из полок теснились многочисленные банки с краской, бутылки с олифой, ацетоном и керосином — должно быть, Асина бабушка готовилась к ремонту. Одной бутылки не хватало, так как на плотном слое пыли остался светлый кругляшок. Вот за чем сюда приходил преступник, вот откуда он взял горючее, которое швырнул в окно. Значит, уличные хулиганы тут ни при чем. А Жанна вчера не раз выходила из гостиной, когда все смотрели телевизор.

Ромка вернулся на кухню и остановился у двери, скосив глаза на девушку. Глаза у Жанны сегодня были черными, видно, утром ей было не до линз. Юра сделал бутерброд с сыром и отдал ей.

— Рома, налить тебе кофе? А то остынет, — сказала Ася.

— Не вставай, я сам. — Ромка шагнул к плите, потеснил Антона Моисеевича, задел забинтованную ногу Дани и тихо проговорил: — Извини, пожалуйста.

Он думал, что Даня вскрикнет или хотя бы недовольно поморщится, но тот был так увлечен беседой с академиком, что ничего не заметил и не почувствовал.

Ромка налил себе в кружку кофе, шагнул назад и теперь уже задел Данину ногу специально. Тот поднял на него глаза и охнул. Но реакция его была несколько запоздалой.

— Извини, пожалуйста, — повторил Ромка и весь покрылся холодным потом. Неужели преступник — Даня? Но он же ученый и к «черной» археологии не имеет никакого отношения. А если имеет? Если все, что он говорил, одно вранье и притворство? Вот и сейчас он беседует с Антоном Моисеевичем о высоких материях и тоже притворяется?

Юный сыщик выпил залпом горячий кофе и снова выбежал из кухни. Теперь он решил обыскать Данину комнату. Как же он раньше не догадался поискать у него очки и кепку? Это хоть и не прямые улики, но тем не менее очень важные.

Сейчас бы его за это Темка не осудил, думал он, открывая чужую дверь. Когда надо вывести па чистую воду поджигателя, все средства хороши.

Он вбежал в комнату, подошел к подоконнику. Спрыгнуть отсюда здоровому человеку ничего не стоит. А вот и водосточная труба, по которой можно легко вскарабкаться обратно. Не этим ли путем воспользовался Даня, чтобы швырнуть в окно гостиной бутылку с керосином с засунутой в нее горящей тряпкой, а потом вернуться назад и ждать помощи? Обернуться он мог за какие-то секунды, а под окном твердый грунт, следов на нем не осталось.

Ромка вернулся к письменному столу, на котором, кроме детективов в дешевых обложках, лежало несколько умных книг по археологии и ноутбук, заглянул в ящики и сразу же наткнулся на очки. Он примерил их на себя, все предметы слегка уменьшились в размерах.