Сбегав домой за «уведенным» Катькой регламентом, друзья примчались в лабораторию и осторожно заглянули в знакомый кабинет. Владимир Степанович сидел за столом и что-то писал. Лицо у него было донельзя расстроенным.

Это опять мы, — бодро сказал Ромка.

Як вам уже привык, — кивнул мужчина. — Что вас сюда на сей раз привело?

Мы сегодня утром у вас зеркальце забыли. Вернее, наша Катька его где-то здесь потеряла. Можно она его поищет?

Пусть ищет, — устало ответил ученый.

Катька, ищи, — распорядился Ромка.

Девочка покорно полезла под стол. Она повозилась там несколько минут, затем вылезла. В одной руке она держала круглое зеркальце, в другой — листки бумаги.

А вот это случайно не ваш документ? — спросила она. — Он там же валялся, где и мое зеркало.

Владимир Степанович просиял.

А я ведь тоже под столом смотрел. Вот ведь каким стал невнимательным! Значит, он куда-то далеко завалился, и я в полумраке не смог его заметить. Спасибо тебе большое!

Ученый взял регламент в руки. Ромка с девчонками наблюдали за ним с волнением. Заметит он или нет, что это не тот документ? Но Владимир Степанович не стал перелистывать странички, а сразу же открыл сейф и положил их туда. Только сейчас в глубине сейфа Ромка заметил несколько баночек и пузырьков. В пузырьках, ясное дело, было масло. А в баночках?

А что это? — спросил он и уточнил: — Такое разноцветное.

— Это разные сорта амаранта, — ответил Владимир Степанович и вытащил из сейфа две баночки.

Ромка запустил руку в одну из них и достал красные зернышки.

Ой, а здесь почти белые! — воскликнул он, залезая в другую емкость. — Почему они разные?

Светлые семена применяются, как правило, для пищевых целей, цветные — для кормовых, — пояснил Владимир Степанович. — Хотя пищевая ценность и тех, и тех мало чем разнится.

Интересно как!

Когда Ромка ставил баночки назад в сейф, часть семян из них просыпалась на регламент. Он хотел было их сдуть, но потом не стал этого делать, так как его обычной неловкости на сей раз никто не заметил, и он решил не заострять на ней внимания. И так они достаточно намозолили сегодня глаза Владимиру Степановичу.

А Владимир Степанович закрыл сейф, а ключ положил к себе в карман.

Чтобы больше ни о чем не волноваться, — сказал он. — Так спокойней будет. А то Игорь Михайлович заставил меня сегодня немножко струхнуть.

— А кто такой Игорь Михайлович? — спросил Ромка, вспомнив строгого важного мужчину, сидевшего за стойкой в главном корпусе университета.

Профессор, руководитель наших работ.

А Алексей Борисович тогда кто же?

Разработчик проекта, начальник лаборатории.

Ясно. А когда он приедет?

Завтра или послезавтра.

А без него вы будете с французами связываться? Ну, насчет своего совместного предприятия?

Владимир Степанович покачал головой:

Нет, они вместе с Игорем Михайловичем сами будут вести все переговоры. А почему ты об этом спрашиваешь?

Ромка пожал плечами:

Так просто. Наверное, хочется, чтобы вам удалось все задуманное.

Ну что ж, спасибо тебе за добрые слова, — Владимир Степанович поднялся с места. Видно было, что за сегодняшний день он очень устал.

А почему ты решил отдать Владимиру Степановичу старый регламент, а не тот, что составил Алексей Борисович? — заглянула в лицо брата Лешка, когда они покинули лабораторию.

Я подумал, что этот Сергей Васильевич за ним снова придет, и как тогда быть? Вот когда Алексей Борисович вернется, тогда и вернем им новый. Так и Катька считает.