«А здорово Темка соображает», — с некоторой завистью подумал он и, как только Лешка вернулась со своим Диком с улицы, закричал:

— Прикинь, какой наш Темочка умный! Почти как я.

Лешка сразу сообразила, в чем дело. Не раздеваясь, она кинулась к компьютеру и сама прочла письмо.

— Я тоже сосчитал всех этих мишек, слышь, что я говорю, — дернул ее за рукав Ромка. — Только вот пока не знаю, что это может значить. Ясное дело, что за всем этим скрывается какая-то тайна. Ты-то хоть думала обо всем этом?

— Думала, — откликнулась сестра. Она отошла от компьютера, отцепила от ошейника Дика поводок, прошла на кухню и поставила на газовую плиту кастрюльку с супом. — И не только думала, но и задала сегодня утром Мише этот вопрос. Так и спросила его, неизвестно ли ему что-нибудь такое, что имеет отношение к его прежней жизни.

— Молодец. Не раздевайся, ешь так! — завопил Ромка, увидев, что Лешка порывается снять с себя куртку. — Нечего время терять. И звони Славке, пусть быстрей шевелится.

В школе Ромка со Славкой сегодня не успели толком ни о чем поговорить, потому что то у одного из них, то у другого почти все перемены отнимали контрольные работы: конец учебного года был не за горами. На следующий день Ромку ожидала еще одна контрольная — по физике. А с физикой у него, как водится, дела обстояли далеко не лучшим образом: ну никак не давались ему задачи по этому дурацкому предмету. И вообще, какая может быть физика, когда он в жизни столкнулся с куда более трудной задачкой? Подсунуть ее их физику, посмотрел бы Ромка, как бы тот стал ее решать.

И только когда они уютно устроились в полупустом вагоне идущей в Горянку электрички, Ромка стал подробно пересказывать Славке письма из Америки. Не забыл Ромка передать другу и полученные сегодня соображения Артема по этому поводу.

— Все понятно, — выслушав приятеля, кивнул Славка. — То есть, вернее сказать, ничего не понятно.

— Мне пока тоже не все ясно, — сознался главный сыщик. — Кроме того, что у Миши есть что-то такое, о чем он сам не знает, и что это что-то у него кто-то ищет. Вот мы и должны выяснить, в чем здесь дело, тем более что мальчишка на нас очень надеется. И потом, мне и самому интересно узнать, что же такое там творится. А потому для начала я решил уточнить, где он жил, кем были его мать и этот ее знакомый, который вел машину, ну, и все такое прочее. А то ж у нас нет никаких исходных данных, я даже не знаю, от чего можно оттолкнуться. А эта директриса, к которой мы едем, похоже, единственный источник информации.

— Да, загадка еще та, — вздохнул Славка. — А что ты скажешь Ирине Федоровне, если она спросит, почему ты интересуешься подробностями Мишиной жизни?

Ромка беспечно махнул рукой.

— Пока я и сам не знаю. Соображу по обстановке. Ты не знаешь, твоя мама отдала ей Мишины фотографии?

— Кажется, еще нет.

— Вот и хорошо. Я их с собой на всякий случай прихватил, и мы скажем, что привезли ей привет от Миши.

Окруженная со всех сторон парком старинная усадьба в поселке под названием Горянка вновь ошеломила друзей своим величественным видом. На фоне вековых деревьев торжественно выступал двухэтажный дом-дворец. Ромка поискал глазами статую горниста, но от несчастного алебастрового пионера остался один постамент, да и тот терялся в густых кустах.

Когда же они подошли к дому поближе, то увидели, что он приобрел вполне обжитой вид. В том большом зале с огромным полукруглым окном, где когда-то ночевали Ромка со Славкой, сейчас звучала музыка. На окнах комнат появились занавески и горшки с цветами.