Рассказывать хран умел, сразу представила, как дородная женщина с выпученными от страха глазами махала руками, практически балансируя на одной ноге. Но объемный зад перевесил, и она грузно плюхнулась в мыльное корыто. Я бы даже рассмеялась, но покоя не давал очень важный вопрос:

— А что стало с Алантой?

— Кто тебя воспитывал? Я тут стараюсь, рассказываю, а ты старших перебиваешь!

— Ты издалека начал. Извини, но терпение не мой конек.

— Это точно, — примирительно согласился Вас. — Как раз к самому главному подошли. Так вот, сидит эта мокрая курица в окружении адептов, а рядом с ней злющий дядька твой стоит…

— Кто? — снова невежливо перебила я.

Гай был единственным ребенком в семье, и никаких дядей у меня не могло… Стоп! Про настоящего отца я ничего не знала. Хмм… А хран, выходит, знал. При этом, рогатик прекрасно понял, что сболтнул лишнее, и спуску не дам. Он почему-то испугался так сильно, что уши прижались к голове, став почти незаметными за рожками на фоне блестящей шевелюрки.

— Дядя? — снова спросила я и посмотрела… Строго посмотрела, всем своим видом показывая, что юлить бесполезно.

Вас виновато склонил голову.

— Опять кому-то поклялся? — почти сочувственно спросила я.

— Не то чтобы, но они хотели до поры оставить все в секрете, — выдохнул рогатый пройдоха.

— Они? — Нет, ответ мне не требовался. Я прекрасно поняла, кто такие «они». И стало втройне обидно. — Знаешь, Вас, я думала, ты за меня. А эти «они» сами в академию морскую жабу притащили. Конечно, Эммерс поделился силами, и только благодаря демону я все еще с тобой разговариваю, но в ее появлении виноваты Салмелдир и Сеттар. А ты… Ты и дальше можешь хранить их секреты. Сама справлюсь! Говорил, что имени моего отца не знаешь? Ну-ну! Малх! Кому же тогда верить, если самые близкие врут!

И я отвернулась, просто взяла первую попавшуюся книгу и раскрыла ее посередине. А там… Тут же забыла об обидах и методах воспитания магических сущностей. Со страниц учебника на меня смотрел он — Атаназ Великий Снежный, правитель Северных земель. Причем, изобразили его в двух ипостасях: человеческой и драконьей. Ничего тут не скажешь, был у бабки моей вкус, был. Красивый мужчина, шикарный дракон — ледяной, словно высеченный из огромного куска горного хрусталя, каждой гранью он переливался в лучах восходящего светила.

Да, за такого стоит бороться. Где-то в душе я хорошо понимала Аланту, но сама бы так никогда не поступила. Одно дело мстить обидчице, и совсем другое — проецировать свои гнев и обиды на всю расу, на ни в чем неповинных потомков, чья вина всего лишь состоит в том, что они посмели появиться на свет. Нет, этого я ни понять, ни принять не могла. Значит, пришло время узнать всю историю Ноэллы Воеллон до конца.

Но стоило мне сесть за «хроники», как рядом виновато шмыгнули вновь отросшим носом.

— За тебя я, Лерка, — буркнул он. — Просто понимаешь, если узнают, что ты знаешь, зная, что только я знаю… В общем, наваляют мне по первое число.

— Вот я и говорю, храни свои секреты. Спасибо тебе за книгу, за заботу, а сейчас не мешай, я почитать хочу, — и снова уткнулась в книгу.

— Так и слышу, как эльф с глумливой улыбочкой мне скажет: «Видеть тебя одно счастье, а не видеть — другое», и это в тот момент, когда твой демон будет развеивать мое хрупкое тельце! — продолжал давить на жалость Вас.

— С чего это им развеивать чужое имущество без согласия владельца? — прищурилась я и резко развернулась.