Демонический глаз позволял выделять сигнатуры только живых тварей, так что я еще на подходах смог определить, кто еще представляет угрозу, а кто уже жмурик. Добивать было бессмысленно, поскольку раненых жуков тут слишком много, а вот просто расчистить путь, вполне можно. Это не узкий тоннель с трупами подземников, тут можно и обойти пирующих жучар.

Выделил полосу вдоль стены, шириной в полтора метра и принялся ее освобождать от недобитков или просто пирующих тварей. Стрелял прицельно, стараясь попасть в верхушку корпуса. Дальше картечь уже справлялась сама. Кому-то требовалась пара залпов, но это были уже более крупногабаритные твари с несколькими хитиновыми рогами на морде. Таким приходилось стрелять в корпус. Там, где картечь и вовсе не могла справится, я просил поработать Глухаря. Тот шел сразу следом за мною и выступал в роли огневой поддержки на всякий случай.

Тела жуков были неровно размазаны по всему полу тоннеля на дистанции в метров триста пятьдесят. Дальше было относительно свободно, разве что валялись обожженные куски тварей, которые сюда долетели из-за взрыва шмелей. Вообще, учитывая, что десантник был под углом практически в тридцать градусов, даже удивительно, почему так мало тварюг отлетело назад. По идее вся ударная волна как раз должна была идти в направлении против движения муравьев. Впрочем, судя по большому количеству какой-то мутноватой гнойной жидкости, которой был залит пол тоннеля, и которая скапливалась в рытвинах, оставленных непонятно чем… Тела жучар, что отлетели назад, их же сородичи куда-то утащили. Скорее всего на обеденные столы своим семьям. А этом могло значить лишь одно. Скоро мы еще столкнемся с этими проклятыми насекомыми.

Ну а пока что вполне спокойный спуск. Мы шли уверенно, хоть и не быстро. Часто останавливались, как правило, чтобы попить и один раз Десант решил пометить чью-то норку. В отличии от тех же подземников, эти твари рыли себе норы по принципу сот. Они делали множество выходных отверстий, видимо для увеличения пропускной способности, которые вели к одному общему помещению. Я хотел было в одно тако сползать, но понял, что просто физически туда не протиснусь. Эту же нору пулеметчик приметил чисто из-за того, что она находилась чуть обособлено, была более старой и принадлежала явно подземникам, поскольку выделилась большими размерами, хотя все равно у нас бы даже Касий в нее не протиснулся.

— Ну и че ты удумал? — скептически поинтересовался я, глядя на то, как Десант подходит к норке, светит в нее фонарем, а затем расстегивает ширинку.

— Выражаю свой протест устоявшейся политической системе в данном подземелье, через локальный акт вандализма, — спокойно ответил он. Мы с Глухарем непонимающе переглянулись. — Бля, Бес, отьебись, просто поссать захотелось, а эта нора явно старая и оттуда не выскочит злобный муравей с резким желанием сделать мне сначала приятно, а потом больно.

— Вандал херов, — усмехнулся бывший мент, подходя к нему со спины и положив руку ему на плечо. — Гражданин, вы арестованы за акт…

— А? — полуобернулся он, заодно доворачивая корпус, из-за чего горячая струя жидкости чуть не попала на Глухаря. Благо тот за счет нечеловеческих рефлексов успел отпрыгнуть в сторону.

— Десант бля! — возмутился чуть было не попущенный Глухарь.

— Заканчивайте, — вмешался я, задушив назревающий конфликт в зародыше. — Двигать пора. Хотя, если у кого еще есть претензии к данной норе, предлагаю опустошиться, потому как хрен его знает, когда в следующий раз удастся слить из бака всю отработку.

Желающих не нашлось. Я тоже. Не то что облегчиться не хотелось. Я и пить или есть не мог. Все, потому что поймал рабочий настрой. По часам, мы в подземелье всего минут пятьдесят, а уже спустились на четыре сотни метров. Сильно опережаем график.