Систему легиона с его нарядами и дежурствами явно формировал какой-то отставной военный из нашего мира, поскольку вряд ли местные с пустого места взяли бы все это. А может и правда взяли. Кто знает. Везде военные мыслят плюс-минус одинаково. На счет этого даже есть несколько забавных сравнений.

Когда я был в одной из командировок в жаркие страны, мне удалось урывками посмотреть сериал «поколение убийц». И показанное в сериале, мало чем отличалось от того, что происходило у нас, а я далеко не американский морпех в пустынной Ираке. Просто человек по своей натуре одинаков. И не важно на каком он языке разговаривает.

Так и местные стражники. Среди них нашлись герои, что решили организовать сопротивление несмотря на то, что основные армейские подразделения просто дали по тапкам, а приданные в усиление дежурные силы из числа авантюристов, свалили в рамках всеобщей эвакуации.

Именно ветеранов, что подались в стражу после увольнения с военной службы, в местной страже было не много. Но они взяли на себя тяжелое бремя, удержания одного из тыловых мостов. Возможно, я зря на них понадеялся, но почему-то мне хотелось верить в их профессионализм и стойкость.

Вот только реальность мне смачно так врезала по яйцам, потому что уже на подъездах к мосту, я увидел дым от горящих домов и толпы разбегающегося мирняка. Все те, кто укрывался в домах за рекой на северной стороне города, решили резко мигрировать в южном направлении. Голдману пришлось значительно сбавить скорость, поскольку был велик риск попросту задавить кого-то по неосторожности.

— Да что там, черт возьми, происходит⁈ — заорал я, схватив пробегавшего мимо машины парня за плечо. Молодой, лет пятнадцать может. Одет в простую рубаху и штаны, бежит без обуви, судя по всему, сваливал чуть ли не из постели.

— Гоблины! — заорал он, вырываясь из хватки и убегая дальше.

Гоблины — это плохо. Это очень плохо. Скорее всего, мост пал. Впрочем, когда мы выехали в зону прямой видимости, стало понятно, что мост так-то и не оборонялся. Ни баррикад, ни трупов стражников. Просто толпы гоблинов, что продолжают спокойно себе перебегать по мосту через реку, рассредоточиваясь уже на этом берегу.

Их никто не встречал, никто не задерживал, и никто не оказывал сопротивления. Гоблины врывались в дома. Из каких-то уже тащили еще пытающихся брыкаться людишек, а из каких-то выносили пожитки. Действовали очень профессионально. Сначала заходил разведывательный отряд из десятка тварей. Они быстро пробегали по дому, выбивая двери и выискивая прячущихся людей. Затем в уже проверенное здание заходили их не вооруженные сородичи и утаскивали все что только можно.

Всю эту мародерскую идиллию нарушила очередь крупнокалиберного пулемета. Я стрелял прямо на ходу, практически не целясь. И так понятно, что попаду. На одном только мосту было по меньшей мере сотни две гоблинов. Они прямо-таки толпились, образуя шикарнейшую групповую мишень.

Кровавая жатва началась и судя по тому, как лихорадочно закрутился счетчик душ, весьма успешно. Мне только и остается, что вдавливать спусковые крючки, да вовремя менять короб.

— Фак, господин Бес! — выкрикнул Доус, открывая правую переднюю дверь и падая за нею на колено. Я чуть отвлекся и глянув в его сторону, понял причину его ругани. Гоблины, что уже перебрались на эту сторону реки, сейчас во весь опор мчались к нам. Доус же, вскинув автомат в проем между дверью и рамой кабины автомобиля, принялся прицельными одиночными отстреливать тварюг, но этого было мало. На нас бежала чуть ли не сотня зеленомордых низкорослых уродцев.

Чем-то даже похожи на подземных жителей, только те серые и бледные, а эти зеленые. Возможно, они даже из одного вида. Кто ж их сейчас разберет. Зато вон 12,7×108 прекрасно их разрывает на части. Только грохочет жутко.

Я как раз перенес огонь по флангу, отработав по группе гоблинов, что не успела добежать до нас жалкие тридцать метров.