Ким почувствовала, что краснеет. Ну кто, спрашивается, тянул ее за язык?

– Со мной Нада, принцесса нагов, и собака Греза.

– Неужто настоящая собака? – восторженно воскликнула Вира. – Это ведь такая редкость. Правда, в замке порой подрабатывает пес Цербер, но сейчас он в отлучке. А твою собачку можно погладить?

– Вообще‑то она не слишком жалует незнакомцев, – ответила Ким, чувствуя еще большую неловкость, чем когда ляпнула глупость насчет зрения.

Однако Греза, виляя хвостом, шагнула вперед и не стала противиться, когда Вира ее погладила.

– Ты, должно быть, знаешь подход к животным, – изумленно пролепетала Ким.

– Таков мой талант, – скромно ответила слепая девушка. – Животные меня очень любят. Однако, – она выпрямилась, – не стану тебя задерживать. Пойдем к Айви.

– К принцессе Айви? Я была бы рада ней познакомиться, но у меня Вопрос к Доброму Волшебнику.

– Айви следит за Книгой Приемов. Раньше ее вели жены Хамфри, но они все время меняются, и от этого возникает путаница. Айви сделает соответствующую пометку и скажет тебе, когда твоя очередь на прием.

«Ну конечно, – подумала Ким, – опять я не то сморозила. Нет чтобы помолчать».

Она плотно сжала губы и вместе с Надой и Грезой последовала за привратницей. Та привела их в кабинет, где за большим письменным столом сидела, делая карандашом пометки в толстой книге, молодая женщина.

– Ты ведь принцесса! – воскликнула Ким, забыв о своем намерении попридержать язык. – Чудно видеть, как настоящая принцесса занимается канцелярщиной.

– А ты, надо думать, игрок, – с улыбкой отозвалась Айви, оторвавшись от книги.

– Она игрок, а я спутница, – промолвила Нада. – Привет, Айви.

– Ой, Надушка! – Айви, с вовсе не подобающей принцессе резвостью, вскочила из‑за стола и бросилась подруге на шею. – Где ты пропадала? Тебя уже несколько месяцев не видно.

– Да вот, глотнула в тыкве вина и оказалась виновата. Теперь отрабатываю вину, участвуя в игре в качестве спутницы. Вот пришла к тебе с Ким.

– Ким хочет задать Вопрос Доброму Волшебнику, – вставила Вира.

– Ну да, конечно… Сейчас взгляну.

Подойдя к столу, Айви перелистала книгу и сказала:

– Ким, тебе назначено через час. Как раз успеешь перекусить и привести себя в порядок.

– Я отведу их к Маре‑Энн, – сказала Вира.

– К кому? – переспросила Ким.

– Это дежурная жена Доброго Волшебника, – пояснила Вира, уверенно двинувшись по коридору. Очевидно, Вира так хорошо ориентировалась в замке, что ей не было нужды видеть дорогу очами. – Она была его первой любовью, но женой стала только пятой с половиной, потому что вышла за него не сразу. Ее талант – вызывать копытных.

– А ведь точно, – припомнила Ким, читавшая в книжке и про Мару‑Энн, и про Виру.

Последнюю погрузили в сон ее же родные, по той простой причине, что не видели в слепой девочке никакого проку. К счастью, в Сонном Царстве ей довелось познакомиться с семьей Хамфри и благодаря этому знакомству вернуться в Ксанф. Странно, но хотя Ким вроде бы прочитала о Ксанфе все, что только было написано, при встрече персонажи из любимых книг казались ей… какими‑то другими. Впрочем, так оно, надо полагать, и было. Живой человек всегда отличается от своего описания, пусть даже самого лучшего.

Мара‑Энн сидела на кухне, где выпекала печенье в форме единорогов. Вообще‑то на берегах Выпечной реки печенья растет сколько угодно, но вдали от нее его бывает проще испечь, чем вырастить.