Он выдержал ее взгляд.

— Побойся бога, Сара, — почти грубо сказал Эд. — Нельзя же так упиваться своей виной!

Она замерла от обиды. Но через мгновение Эд заметил, что лицо ее обмякло и губы мелко задрожали, а сердитый огонек в глазах сменился влажным блеском непролитых слез.

— Ох, Сара, — проговорил он, притягивая ее к себе.

Она залилась слезами и, дрожа всем телом, сотрясаясь от рыданий, приникла к Эду. Он, как ребенка, заключил ее в объятия. Стараясь успокоить конвульсии, он все же был рад, что плотину прорвало, что теперь наконец страх, вину, нервное напряжение смоет лавиной слез и Сара освободится от их давящей власти.

Она плакала долго и, когда слезы уже кончились, еще содрогалась от рыданий, разрывавших ей грудь.

— Тебе это давно было нужно, — сказал Эд.

Она молча кивнула.

— Ты редко плачешь, но уж если такое случается, это как настоящий потоп.

— Все из-за тебя, — с трудом выговорила она. — При тебе мне не нужно заботиться о том, чтобы скрывать свои чувства, потому что ты поймешь все. Джайлз не может смотреть, как я плачу. Это его удручает. Думает, что это происходит по его вине. А ему и без того хватает переживаний.

— Но теперь я с тобой. Обопрись на меня, Сара. У меня чертовски крепкое плечо, я выдержу.

— Какое же это счастье — вот так поговорить.

— Давай будем говорить. Не надо постоянно сдерживать себя, иначе взорвешься от напряжения. А мне не нужны твои жалкие останки, я хочу тебя всю целиком. Пора тебе подумать и об этом.

— Пора, — задумчиво повторила Сара. — Мы с тобой, Эд, все время ведем войну со временем. Сначала это было связано со сроком твоей службы. Теперь речь идет о сроке, отпущенном Джайлзу. Уже отмеренном…

— Сколько бы ему ни оставалось, ты уже ничем не сможешь помочь. Ты и без того сделала для него безмерно много.

— Все же недостаточно! Даже теперь, несмотря на то, что он смирился со своей участью, несмотря на то, что он все понимает про нас с тобой, он страстно мечтает о том, чего я не могу ему дать. Он завидует нам, Эд. Он знает, что до тех пор, пока будет нуждаться во мне, я буду рядом, но это не та близость, какой ему хотелось бы.

— Ты была рядом с ним больше двадцати лет, — холодно заметил Эд.

— И все это время он помнил о твоем существовании.

— Как и я о его.

По выражению ее лица Эд понял, что эта мысль не приходила ей в голову.

— Ты, — продолжил он, — наше с Джайлзом общее достояние, наш общий предмет ревности. Я, видишь ли, тоже ревную тебя к нему. Он живет с тобой, он имеет тебя рядом с собой, ты разделила с ним свою жизнь, ежечасно отдавала ему себя. Все эти годы я должен был жить с мыслью о том, что ты находишься с ним. Не кажется ли тебе, что это может быть нелегко?

— Мне это никогда не приходило в голову.

— Ну да, тебе просто некому было это подсказать, — иронически бросил Эд. — Твои мысли были заняты Джайлзом.

— Но он был так мил со мной, хотя ему приходилось дьявольски трудно. Правда, на него временами находило — он бывал и злобным, и подозрительным… Но его можно понять — столько выстрадать! Подумай только, Эд!

Эда вновь обдала горячая волна гнева, сменившаяся ледяной яростью. Вот уж воистину — мертвые хватаются за живых. Надо же — какой сукин сын! Никаких сомнений — все это бремя вины, от которого так мучается Сара, он старательно громоздил на ее плечи изо дня в день.

— Джайлз всегда очень тяжело воспринимал свою физическую немощь, — продолжила Сара.